Liberty Education Project
Knowledge Is Freedom
Джеймс Д. Агрести
Важные факты о COVID-19: трансмиссивность, смертность и голые цифры

Проект Just Facts предоставляет ряд строго документированных фактов о болезни COVID-19 и ее последствиях. К ним относятся некоторые важные факты, которые были неверно отражены или просто отcутствовали в средствах массовой информации. Это исследование также включает в себя данные, полученные с помощью новаторского подхода для определения летальности COVID-19 на основе наиболее полной из доступных мер: общих лет жизни, которые эта болезнь отнимает у людей.

Центры США по контролю и профилактике заболеваний (CDC) подчеркивают, что мы имеем дело с “быстро развивающейся ситуацией”, и, поэтому, эта статья будет обновляться каждый будний день, по мере публикации новых данных CDC.

С одной стороны, факты показывают, что:

— Смертность среди людей, которые заразились COVID-19, является неопределенной, но, вероятно, ближе к смертности от сезонного гриппа, чем к цифрам, обычно сообщаемым прессой. — Средние годы жизни, потерянные после каждой смерти COVID-19, значительно меньше, чем от других распространенных причин преждевременной смерти, таких как несчастные случаи и самоубийства. — Вирус, вызывающий COVID-19, “очень уязвим для нейтрализации антителами” и обладает ограниченной способностью мутировать, что означает, что он вряд ли будет активно уносить жизни год за годом. — Если в Соединенных Штатах в конечном итоге от COVID-19 умрет 240 000 человек, вирус отнимет у всех американцев, которые были живы в начале 2020 года, примерно 2,9 миллиона лет жизни, в то время, как смерти в результате несчастных случаев — около 409 миллионов лет — или почти в 140 раз. больше чем COVID-19.

С другой стороны, пожилые люди и люди с хроническими заболеваниями чрезвычайно уязвимы для COVID-19. Кроме того, болезнь очень легко передается, что означает, что она может распространяться как лесной пожар и перегружать больницы если не предпринимать чрезвычайных мер по ее сдерживанию. Это значительно увеличит число погибших.

Однако такие меры сдерживания часто имеют экономические и другие последствия, которые тоже могут уносить жизни, и чрезмерная реакция в конечном итоге может убить больше людей, чем спасет.

Вероятность воздействия

По данным Центров США по контролю и профилактике заболеваний (CDC), по состоянию на 13:00 EST 7 апреля 2020 года в Соединенных Штатах у 330 891 человек был диагностирован COVID-19. Население США составляет 329 миллионов человек, что означает, что у одного из 994 человек был диагностирован COVID-19. Болезнь не одинаково распространена по всей стране, поэтому эта цифра намного выше в одних областях и намного ниже в других.

Зарегистрированные случаи не включают людей, которые могут иметь COVID-19, но еще не были диагностированы. Поскольку инкубационный период составляет 2–14 дней, число инфицированных людей может значительно превышать число диагностированных.

Кроме того, подавляющее большинство людей, которые заболели COVID-19, испытывают только слабые симптомы или болезнь протекает вообще без симптомов, и многие из них не диагностируются. Это означает, что фактическое число зараженных значительно выше, чем число зарегистрированных случаев. Исследование, проведенное в феврале 2020 года “Журналом Американской медицинской ассоциации” на основе данных из Китая, показало, что 81 процент зарегистрированных случаев COVID-19 являются “легкими”. Истинная доля таких случаев даже выше, поскольку, как объясняется в документе, существуют “объективные трудности в выявлении и подсчете легких и бессимптомных случаев”.

Своего рода подарком судьбы, который позволил подсчитать долю бессимптомных случаев, был инцидент с круизным судном Diamond Princess, на котором все пассажиры были проверены на COVID-19. У 51 процента тех, кто дал положительный результат не было симптомов. Число людей, у которых впоследствии развились симптомы, в настоящее время неизвестно.

И наоборот, число людей, которые когда-либо были заражены, может значительно превышать число людей, которые все еще заражены. Растет число людей, которым когда-то был поставлен диагноз COVID-19, и количество тех, кто был заражен и быстро выздоровел без симптомов, может быть огромным. В статье, опубликованной в марте 2020 года в журнале “Микробы и инфекции”, отмечается, что “большинство инфицированных людей … похоже, могут выздороветь практически без медицинского вмешательства”.

Кроме того, в статье, опубликованной в марте 2020 года в “Журнале детских инфекционных заболеваний”, говорится:

Предварительные данные свидетельствуют о том, что дети с такой же вероятностью, как и взрослые, могут заразиться Covid-19, но они “менее подвержены симптомам”, и даже те, у кого диагностирована инфекция, обычно “выздоравливают через 1-2 недели после появления симптомов”.

Результатом всего этого является то, что число людей, которые активно инфицированы и заразны, меньше, чем общее количество зарегистрированных и невыявленных случаев.

Мартовская статья 2020 года в журнале Science объединяет вышеперечисленные факторы в одно число. По оценкам авторов, 86 процентов всех случаев COVID-19 в Ухане, Китай, были “незарегистрированы” до того, как правительство ввело ограничения на поездки. Это означает, что число инфицированных людей в шесть раз превышает количество зарегистрированных случаев. Эта цифра снижается по мере принятия мер по социальному дистанцированию, и по мере распространения диагностики с течением времени.

Согласно этому наихудшему Уханьскому сценарию, если число людей, зараженных инфекцией COVID-19 в США на самом деле в шесть раз превышает число людей, которым был поставлен диагноз, средний американец должен был бы вступить в контакт с 295 людьми, чтобы встретить человека, у которого есть это заболевание.

Количество смертей

В общей сложности 11 784 жителей США умерли от COVID-19 на 13:00 EST 7 апреля 2020 года. Чтобы представить эту цифру в перспективе:

— Примерно 12 469 человек в США умерли от свиного гриппа с 12 апреля 2009 года по 10 апреля 2010 года. В отличие от COVID-19, который в основном убивает пожилых людей с ранее существовавшими проблемами со здоровьем, 87 процентов людей, убитых свиным гриппом, были моложе 65. — В среднем 37 000 человек в США умирают от инфлюэнцы («гриппа») каждый год в течение последних девяти лет. — Около 170 000 человек в год умирают от несчастных случаев.

Другими словами, смертность от COVID-19 в настоящее время составляет 1,7 процента от ежегодной смертности от гриппа и несчастных случаев. Хотя COVID-19 является новой болезнью и первый американец умер от нее в конце февраля, это сравнение может существенно преувеличивать относительную смертность COVID-19, потому что смерти от несчастных случаев и гриппа происходят в массовом порядке каждый год, что маловероятно в случае COVID-19.

Основная причина того, что грипп уносит десятки тысяч жизней каждый год, заключается в том, что вызывающие его вирусы мутируют и, таким образом, люди не имеют от них полного иммунитета. Согласно “Журналу инфекционных заболеваний”, “все вирусы мутируют, но грипп остается весьма необычным среди инфекционных заболеваний”, потому что он мутирует очень быстро, и, таким образом, для защиты от него “новые вакцины нужны почти каждый год”. Хотя многое еще предстоит выяснить о мутациях вируса, который вызывает COVID-19, есть первые признаки того, что он не будет быстро мутировать и не станет постоянным бедствием.

Как подробно изложено в статье, опубликованной в марте 2020 года в журнале по молекулярной биологии, в которой цитируется Майкл Фарзан, сопредседатель отдела иммунологии и микробиологии в Scripps Research, после разработки вакцины для COVID-19 она “не будет нуждаться в регулярных обновлениях, в отличие от вакцины против сезонного гриппа”, потому что та часть вируса, на которую нацелена вакцина,“защищена от мутации” особенностями своего генетического материала или РНК.

То же самое относится и к естественно приобретенному иммунитету. Люди, которые болеют COVID-19, вырабатывают природные антитела, которые защищают от будущих инфекций. В учебнике по физиологии “Тело человека в состоянии здоровья и болезни” объясняется, что такой иммунитет, который называется “активным иммунитетом”, является “в целом продолжительным”. То же самое относится и к таким болезням, как корь, эпидемический паротит, краснуха и полиомиелит. Если кто-то заболевает этими болезнями, он редко получают их снова, и, более того, он вряд ли передаст их другим. Таким образом, эти люди становятся брандмауэрами против распространения этих инфекций.

Средства массовой информации, такие как “Атлантик”, “Вокс” и “Форбс”, перевернули все с ног на голову, перепутав общую природу коронавирусов с информацией о COVID-19. Привычка называть COVID-19 “коронавирусом” вводит в заблуждение, поскольку существуют разные типы коронавирусов, а COVID-19 вызывается только одним из них. Коронавирусы — это семейство РНК-вирусов, которое включает некоторые вирусы простуды. Эти вирусы имеют тенденцию быстро мутировать, но COVID-19 не обладает этой особенностью. Согласно той же самой статье за ​​март 2020 года, о которой упоминалось чуть выше, вирус, вызывающий COVID-19, “не мутирует быстро, что необычно для РНК-вируса, поскольку он имеет функцию проверки чтения (proof-reading function)” в своей генетике.

Аналогичным образом, статья от 19 февраля в Британском медицинском журнале о COVID-19 сообщает, что “имеющиеся данные генома пока не показывают неожиданную частоту мутаций или признаки адаптации…".

Проще говоря, COVID-19 не мутирует так же сильно, как грипп, и, таким образом, он с гораздо меньшей вероятностью будет уносить жизни невзирая на приобретенный иммунитет и вакцины. Если в долгосрочной перспективе, все окажется так, как показывают современные данные, то риск смерти в течение жизни от COVID-19 значительно преувеличивается, если сравнивать конечное число погибших с ежегодными смертельными случаями от гриппа, несчастных случаев, самоубийств и других частых причин смерти.

Потерянные годы жизни

Помимо общего числа смертей, еще одним решающим фактором в оценке угрозы здоровью населения является возраст жертв. По словам CDC, “при распределении ресурсов здравоохранения необходимо учитывать количество смертей не только по их причине, но и по возрасту”. Таким образом, “годы потерянной потенциальной жизни” стали “основой оценки воздействия ущерба здоровью населения”.

В этом отношении COVID-19 гораздо менее смертоносен, чем другие распространенные причины преждевременной смерти, такие как несчастные случаи. Точный средний возраст смерти от COVID-19 до сих пор неизвестен, но подавляющее большинство жертв — пожилые или имеющие одно или несколько хронических заболеваний, так же, как в случае со смертельным исходом от гриппа и пневмонии.

На основании последних данных CDC по возрастному распределению смертей, средний возраст смерти для несчастных случаев составляет около 53,3 года, в то время как для гриппа и пневмонии он составляет около 77,4 года. Используя грипп и пневмонию в качестве приблизительного показателя для COVID-19, эта болезнь отнимает в среднем 12,0 лет жизни у каждой из своих жертв по сравнению с 30,6 годами потерянной жизни для каждой аварии. И снова, в результате несчастных случаев погибает около 170 000 американцев в год, в то время как COVID-19 вряд ли будет иметь постоянную высокую смертность из-за его ограниченных способностей к мутации.

В комментарии от 29 марта, который попал практически во все крупные СМИ, известный иммунолог Энтони Фаучи сказал Джейку Тэпперу, CNN, что “глядя на то, что мы видим сейчас, я бы сказал, что от 100 000 до 200 000” американцев умрут от COVID-19, но “я просто не думаю, что нам действительно нужно делать прогноз, когда ситуация меняется быстро вы легко можете ошибиться и ввести людей в заблуждение”. На следующий день доктор Фаучи подчеркнул, что эти цифры основаны на модели, и “модель настолько хороша, насколько верны предположения, которые вы в нее заложили”.

Днем позже на пресс-конференции в Белом доме доктор Дебора Биркс, другой всемирно известный иммунолог, представила прогноз, основанный на “пяти или шести международных и отечественных моделях из Гарварда, из Колумбийского университета, из Северо-Восточного университета и Имперского колледжа, которые помогали нам чрезвычайно”. Модель предполагает, что от 100 000 до 240 000 людей умрет, если американцы будут следовать принципам социальной дистанции и гигиены. Она добавила, что “мы действительно верим и надеемся каждый день, что сможем добиться результата лучшего, чем этот, потому что модель не предполагает, что 100% американцев делают все, что они должны делать”.

Если верхний предел этого диапазона будет достигнут, и 240 000 жителей США умрут от COVID-19, это заболевание отнимет 2,9 миллиона лет жизни у всех американцев, которые были живы в начале 2020 года. Для сравнения, несчастные случаи лишат их 409 миллионов лет.

Эти цифры показывают, что несчастные случаи примерно в 140 раз более смертоносны для американцев, чем этот наихудший сценарий для COVID-19. “Потерянные годы жизни” — более емкий показатель смертности, чем подсчет количества жизней, потерянных за год или любой другой промежуток времени, — потому что он учитывает жизнь человека целиком и общее количество потерянных лет жизни.

Не преуменьшая ценность любой жизни, эти факты говорят об усилиях, которые общество должно предпринимать, спасая одни жизни вместо других.

Смертность

Первоначальные сообщения средств массовой информации о 2–3-процентном уровне смертности от COVID-19 завышены, и фактический показатель может быть ближе к показателю гриппа, который в среднем составлял около 0,15 процента за последние девять лет в Соединенных Штатах. Проблема процента смертности связана с большой степенью неопределенности которая порождается тем же фактором, который препятствует точному подсчету числа инфицированных: незарегистрированными случаями.

Как объяснил д-р Бретт Жуар, который является автором почти 100 рецензированных научных публикаций и работает помощником министра здравоохранения в Министерстве здравоохранения и социальных служб США, уровень смертности от COVID-19 “ниже, чем вы, вероятно, слышали в многих сообщениях”, потому что большинство людей, заражающихся коронавирусом, не заболевают серьезно, и поэтому многие из них никогда не проходят тестирование.

Жиуар называет это “проблемой знаменателя”, потому что если вы «не очень больны, то, как и большинство людей в такой ситуации, вы не будете тестироваться. Эти случаи не учитываются в знаменателе”. Наиболее оптимистичная оценка Жиуара — уровень смертности, вероятно, составляет “где-то между 0,1% и 1%". Этот показатель “вероятно, более серьезен по уровню смертности, чем типичный грипп”, от 0,1% до 0,15%, “но, безусловно, находится в пределах этого диапазона”.

Оценка Жиуара согласуется с комментарием от февраля 2020 года в Медицинском журнале Новой Англии, написанным известным иммунологом Энтони Фаучи и другими:

Если предположить, что число бессимптомных или минимально симптоматических случаев в несколько раз превышает число зарегистрированных случаев, коэффициент летальности может быть значительно менее 1%. Это говорит о том, что общие клинические последствия Covid-19 могут в конечном итоге быть более схожими с последствиями тяжелого сезонного гриппа (уровень смертности от которого составляет приблизительно 0,1%) или пандемического гриппа (аналогичного тем, которые имели место в 1957 и 1968 годах), а не от заболеваний, подобных SARS или MERS, у которых были случаи летальности от 9 до 10% и 36%, соответственно.

Ярким примером того, как журналисты неверно освещают этот вопрос, является статья Энди Кирша от 12 марта в Business Insider. В этой статье он сравнивает “показатели смертности” данных CDC от COVID-19 в Южной Корее и показатели смертности от гриппа по данным CDC США. Основываясь на этих цифрах, он сообщает, что “в Южной Корее, показатели смертности в которой одни из самых низких, смертность от COVID-19 более чем в восемь раз выше, чем от гриппа”.

Что Кирс и его редакторы не понимают, так это то, что знаменатель для данных Кореи — это число “подтвержденных случаев”, а знаменатель для данных США основан на “математической модели”. CDC разъясняет, как работает эта модель, ссылаясь на исследование свиного гриппа, в котором “43 677 лабораторно подтвержденных случаев” заболевания умножается на коэффициент 41-131 для расчета знаменателя в показателе смертности. По словам авторов, они делают это, потому что:

истинное количество случаев заболевания вероятно существенно недооценено. С поправкой на недооценку с использованием модели мультипликатора мы предполагаем, что произошло 1,8–5,7 млн ​​случаев, в том числе 9–21 000 случаев госпитализации.

Проще говоря, показатели смертности от COVID-19, основанные на зарегистрированных случаях, совершенно не учитывают огромного числа людей с этим заболеванием. Это, в свою очередь, делает уровень смертности значительно выше, чем в реальности.

Усилитель социальных сетей

Известное утверждение, согласно которому “в мире существует шесть уровней разделения”, (“теория шести рукопожатий” — социологическая теория, согласно которой любые два человека на Земле разделены не более чем пятью уровнями общих знакомых, — прим. ред.) уже не соответствует действительности благодаря социальным сетям. В статье за ​​2014 год, опубликованной в журнале “Компьютеры в поведении людей”, говорится, что “среднее число знакомых, разделяющих любых двух людей”, сократилось с шести до 3,9.

В статье 2011 в “Американском журнале социологии” дается оценка, по которой каждый американец знает в среднем 550 человек. Если 150 из них уже знают друг друга, у каждого американца есть около 220 000 друзей друзей — и 88 миллионов друзей друзей друзей.

Таким образом, если все делятся в социальных сетях информацией о людях, которых они знают, которые были заражены вирусом или умерли от COVID-19, может показаться, что мир подходит к концу. Тем не менее, если бы люди делали то же самое для других смертей, каждый человек слышал бы каждый год в среднем о:

  • 1 905 смертях среди друзей друзей и 761 844 смертях среди друзей друзей друзей.
  • 38 смертях от гриппа и пневмонии среди их друзей друзей, и о 15 075 таких смертей среди их друзей друзей друзей.
  • Шести смертях людей в возрасте до 65 лет от гриппа и пневмонии среди их друзей друзей, и о 2385 таких смертей среди их друзей друзей друзей.

В дополнение к социальным сетям, пресса выступает в качестве еще одного инструмента воздействия COVID-19. Поскольку США являются третьей по численности населения страной в мире, журналистам легко создавать вводящие в заблуждение впечатления, сосредотачиваясь на определенных событиях и игнорируя более широкий контекст окружающих их фактов. Этот критически важный контекст отсутствует в большинстве публикаций в СМИ о COVID-19 и практически по всем другим вопросам общественной политики.

Способность к передаче

Другим важным фактором при оценке рисков, связанных с COVID-19, является его способность к передаче, то есть то, насколько он заразен. В этом отношении COVID-19 гораздо более опасен, чем сезонный грипп, потому что он распространяется очень быстро и может привести к перегрузке больниц.

Ученые измеряют заразность болезней с помощью индекса репродукции, который представляет собой среднее число людей, которые подхватят заболевание от любого человека, у которого оно есть. Этот параметр является внутренней характеристикой заболевания, поскольку он не учитывает действия, предпринимаемые людьми для предотвращения болезни. В статье за ​​февраль 2020 года, опубликованной в Journal of Travel Medicine, объясняется, что любая болезнь с индексом репродукции выше 1,0, вероятно, будет распространяться со временем.

В той же статье оцениваются 12 исследований индекса репродукции COVID-19 в разных странах и обнаруживается, что он “варьируется от 1,4 до 6,49”, давая среднее значение 3,28 и медианное значение 2,79. Основываясь на анализе этих исследований, авторы приходят к выводу, что индекс репродукции COVID-19, вероятно, окажется “около 2–3” после того, как “будет накоплено больше данных”.

Напротив, статья 2014 года в журнале BMC Infecious Diseases анализирует 24 исследования сезонного гриппа и обнаруживает, что медианный результат для основного числа размножения составляет 1,28. Авторы подчеркивают, что, казалось бы, небольшая разница между 1,28 и более высокими показателями, например 1,80

представляет разницу между эпидемиями, которые являются контролируемыми и вызывают умеренное количество заболеваний, и эпидемиями, вызывающими значительное количество заболеваний и требующими интенсивных стратегий смягчения для контроля.

Другими словами, если передаваемость COVID-19 столь же высока, как она оценивается в настоящее время, агрессивные меры, которые некоторые правительства, организации и отдельные лица приняли для ограничения больших скоплений людей и поездок из районов со вспышками болезни, спасут намного больше жизней, чем применение тех же самых мер для таких заболеваний, как грипп. Поскольку COVID-19 распространяется очень быстро, он может легко перегружать больницы и, таким образом, не давать людям получить медицинскую помощь, которую они могли бы получить в обычных условиях.

Чрезмерное реагирование

Однако существует большая опасность чрезмерного реагирования, поскольку меры по ограничению распространения COVID-19 часто имеют экономические последствия, которые тоже могут стоить жизни. Как подробно описано в учебнике “Макроэкономика на сегодня”, страны с низким экономическим ростом “в меньшей степени способны удовлетворить основные потребности в продовольствии, жилье, одежде, образовании и здравоохранении”.

Эти опасности могут проявляться быстро и продолжаться длительное время.

Если бы в определенных сферах экономики были приняты крайности социального дистанцирования, это привело бы к прекращению производства и распределения продуктов питания, здравоохранения, коммунальных услуг и других служб жизнеобеспечения. Все эти потребности и многие другие аспекты современной жизни зависят от общей “силы” экономики. Таким образом, чрезмерная реакция может в конечном итоге убить больше людей, чем спасти.

То же самое относится к людям, которые наводняли супермаркеты, чтобы запасать еду, туалетную бумагу и другие материалы. Они часто находились в непосредственной близости друг от друга и касались одних и тех же предметов, что открывает возможности для распространения заболевания. Панические закупки также создают дефицит, который лишает товаров обычных потребителей.

Паника также может спровоцировать самоубийства, которые уносят в США жизни около 47 000 людей в год, средний возраст которых составляет 46 лет. Это составляет 132 миллиона потерянных лет жизни, или в 46 раз больше потерь по сравнению с COVID-19, если в конечном итоге от него погибнет 240 000 человек.

Последствия чрезмерной реакции на COVID-19 или любую другую потенциальную опасность метко обобщены в учебном руководстве, опубликованном Американским обществом по микробиологии. В этой книге объясняется, почему “факторы, определяющие вашу концепцию риска — эмоции или факты — могут казаться, а могут и не могут казаться вам особенно важными, но они таковыми являются”, потому что “существуют риски неправильного восприятия рисков”.

Путь вперед

Агрессивное социальное дистанцирование может продлить период времени, в течение которого новые пациенты будут инфицироваться и госпитализироваться, но само по себе оно не может снизить количество заболевших в долгосрочной перспективе. Это связано с тем, что COVID-19 настолько заразен, что как только прекращаются дистанционные меры, сразу начинается новая вспышка, которая быстро распространяется.

В отчете Имперского колледжа от 16 марта по COVID-19 говорится, что для того, чтобы “избежать возобновления передачи”, необходимо “придерживаться политики« социального дистанцирования населения в сочетании с домашней изоляцией и закрытием школ и университетов” до того, как будут созданы “большие запасы вакцины для иммунизации населения, что может составлять 18 месяцев и более”.

Кроме того, в отчете отмечается, что “при отсутствии вакцинации, чем успешнее будет стратегия временного подавления, тем больше будет прогнозируемая более поздняя эпидемия из-за меньшего группового иммунитета”. Статья 2012 года в журнале PLoS One об “иммунитете в обществе” подчеркивает важность этого вопроса, отмечая, что:

когда достаточно высокая доля людей в популяции приобретает иммунитет (либо путем предварительного воздействия, либо посредством массовой вакцинации), возникает иммунитет сообщества или “стада”, в результате чего индивидуумы с плохой иммунизацией защищены коллективным “иммунным брандмауэром”, предоставленным иммунизированными соседями. У людей и других сообществ позвоночных … ответы на ранее встречавшийся патоген быстрее и сильнее, чем на новый патоген, и, таким образом, люди лучше блокируют его распространение.

Точно так же, если только очень немногие люди имеют иммунитет к заболеванию, они могут стать передатчиком, а не блокиратором заболевания. Без вакцины единственный способ, которым люди могут стать невосприимчивыми к COVID-19, — это заразиться и выздороветь. Это означает, что слишком большое социальное дистанцирование может привести к большему количеству смертей, потому что молодые, здоровые люди — которые иначе подхватят болезнь, быстро выздоровеют и станут брандмауэрами — остаются потенциальными носителями.

Тем не менее, социальное дистанцирование может удерживать госпитализацию на разумном уровне, чтобы больные получали надлежащую помощь, а также выиграть время для поиска и массового производства эффективных методов лечения. Это явная возможность в краткосрочной перспективе, поскольку, как заявил Майкл Фарзан, сопредседатель отдела иммунологии и микробиологии в Scripps Research, та же физическая особенность вируса, которая делает его настолько заразным, также делает его:

очень уязвимым к нейтрализации антителами, и, таким образом, это относительно легкий вирус для защиты. Я определяю этот вирус, как «глупый» в спектре, где ВИЧ, который годами живет перед лицом активной иммунной системы, является «гением».

Президент Трамп рекламировал небольшое французское исследование, показывающее, что лечение комбинацией двух препаратов, гидроксихлорохина и азитромицина, “в значительной степени связано со снижением / исчезновением вирусной нагрузки у пациентов с COVID-19…".

Исследование было опубликовано в Международном журнале противомикробных препаратов, и 18 исследователей, написавших его, указали, что “результаты многообещающие” и “мы рекомендуем, чтобы пациенты с COVID-19 лечились этими препаратами, чтобы вылечить их инфекцию и ограничить передачу вируса другим людям”. Тем не менее, средства массовой информации освещали этот вопрос, сообщая, что Трамп “не врач” и что он не должен рекламировать “недоказанное” и “непроверенное” лечение или давать людям “ложную надежду”.

FDA выдало разрешение на экстренное использование, которое позволяет врачам лечить некоторых госпитализированных пациентов с COVID-19 гидроксихлорохином и хлорохином “когда клиническое исследование недоступно или неосуществимо”. Авторы французского исследования ясно дают понять, что их “исследование имеет некоторые ограничения, в том числе небольшой размер выборки, ограниченное долгосрочное последующее наблюдение и исключение шести пациентов из исследования, однако в текущем контексте мы считаем, что наши результаты должны быть переданы научному сообществу”.

Во время пресс-конференции 14 марта генеральный хирург США Джером Адамс заявил, что “эта ситуация продлится дольше, и больше людей пострадают”, если “мы будем самодовольны, эгоистичны, не информированы” и если “мы распространяем страх, недоверие и дезинформацию”. И наоборот, “мы преодолеем эту ситуацию”, если мы “примем меры” и “поделимся фактами”.

Приведенные выше факты подтверждают мудрость его слов.

Джеймс Д. Агрести — президент и соучредитель Just Facts, аналитического центра, занимающегося публикацией строго документированных фактов по вопросам общественной политики.

Оригинал статьи

Перевод: Наталия Афончина

Редактор: Владимир Золоторев