Liberty Education Project
Knowledge Is Freedom
Райан МакМакен
Карантин — это то, как выглядит власть толпы в двадцать первом веке

В 41 штате приняты директивы, обязывающие людей находиться дома. Эти постановления широко варьируются в зависимости от места. В некоторых штатах есть длинные списки освобожденных от карантина предприятий, включая наркодиспансеры, винные и хозяйственные магазины и, конечно, продуктовые магазины. В других штатах согласно этим указами общественные земли, государственные парки и пляжи остаются открытыми. В некоторых штатах городские парки более многолюдны, чем когда-либо, так как местные жители пытаются заняться чем-то новым. В других местах, например, в Калифорнии, могут арестовать за то, что человек в одиночку катается на байдарке в океане.

Во всех этих местах режим директивного управления окажет, и даже уже оказал, разрушительное воздействие на многие малые и средние предприятия и их персонал. Правительство создало новое произвольное определение того, что представляет собой “основной” бизнес, поэтому некоторые предприятия вынуждены были закрыться. Сотрудники потеряли рабочие места. Владельцы этих предприятий, вероятно, потеряют гораздо больше, поскольку долги растут, а инвестиции в бизнес разрушаются. По мере роста безработицы и бедности также будут возникать обычные патологии: самоубийства, жестокое обращение с детьми и смерть, вызванная стрессом.

Несмотря на все это, популярность политиков — в основном губернаторов штатов, мэров и неизбираемых чиновников — остается высокой. Утверждают, что в штате Нью-Йорк, где приказы о закрытии являются одними из самых драконовских в стране, 87 процентов опрошенных одобряют решение этой проблемы губернатором Эндрю Куомо. Администрация Дональда Трампа также рекомендовала ужесточить правительственные ограничения свободы американцев и рейтинг Трампа только вырос.

Интересно, что критики этих мер, по-видимому, неправильно представляют себе то, что происходит. Критики считают, что местное население не одобряет эти карантины (которые очень часто соблюдаются только частично или навязываются насильственно) и что только угроза применения силы заставляет людей молчать и подчиняться.

Если бы только это было правдой! В большинстве случаев очевидно, что многие люди одобряют эти ограничения. Мы видим эту поддержку в лице местных стукачей, жалующихся в Nextdoor.com на соседских детей, которые должным образом не участвуют в “социальном дистанцировании”. Мы видим эту поддержку в людях, которые звонят в полицию, чтобы сообщить о нарушителях режима сидения по домам. Мы видим это в тех, кто доносит на местные предприятия за то, что они впустили в помещение слишком много людей.

Более вероятным кажется то, что мотивацией губернаторов штатов и других политиков является страх того, что их действия посчитают слишком слабыми, а не опасения по поводу превышения ими своих полномочий по введению мер общественной безопасности.

В конце концов, учитывая, что вирус COVID-19 гораздо более опасен для пожилых людей, чем для молодых, можно разумно предположить, что пожилые люди, с большей вероятностью будут опасаться вируса. Пожилые люди — это та группа с которой политики не хотят связываться. Как отмечает AARP :

В течение почти 40 лет явка избирателей старше 45 лет значительно опережала явку молодых американцев. Например, на президентских выборах 2016 года проголосовал 71 процент американцев старше 65 лет по сравнению с 46 процентами среди 18–29-летних, согласно данным Бюро переписи населения США. Несмотря на то, что аналитики указывают на увеличение активности среди более молодых избирателей за последние несколько выборов, люди старше 65 лет продолжают появляться на выборах гораздо чаще, чем любая другая возрастная группа. В то же время число избирателей, попадающих в категорию «пожилых», продолжает расти.

Если губернатор получает звонки от местных избирателей о необходимости “сделать что-нибудь”, особенно если они в демографической группе, которая с большой вероятностью пойдет на выборы, то неудивительно, если этот губернатор скоро обнаружит, что существует “необходимость” срочно навязать постановление всем сидеть дома.

Кроме того, губернаторы и другие официальные лица ежедневно испытывают давление со стороны неизбираемых бюрократов, которые стремятся использовать ситуацию к своей выгоде. Американские Новости сообщают о типичном случае в Айове:

Одним из наиболее ярых критиков подхода Айовы к борьбе со вспышкой эпидемии был Эли Перценевич, эпидемиолог и врач, который руководит группой исследователей, изучающих профилактику инфекций в Университете Айовы и больнице штата Айова. Он призвал [губернатора Айовы] Ким Рейнольдс издать приказ о необходиомсти находиться дома, заявив, что до многих жителей штата не дошло сообщение о том, что им нужно оставаться дома.

“Решение”, которое предпочитают эти государственные служащие, очевидно: больше блокировок, больше закрытий бизнеса, более суровые наказания для нарушителей. Да, некоторые губернаторы поначалу не обращают внимания на эти требования, но со временем они начинают “колебаться”, “смягчаться” и, в конце концов, передумают, поскольку панически настроенные жители и нанятые государством “эксперты” требуют действий.

Конечно, никто из политиков или бюрократов, которые хотят лишить людей их собственности и их занятости, не потеряет свою работу. Их зарплаты, финансируемые налогоплательщиками, вполне защищены. (По крайней мере, до тех пор, пока не сократятся налоговые поступления в штатах и ​​на местах.) До сих пор я не слышал о том, чтобы какой-либо губернатор пожелал отказаться от своей зарплаты, в то время как по распоряжению правительства миллионы людей увольнялись с работы.

Сегодня многие избранные должностные лица, скорее всего, считают, что “спящий на посту” — более политически опасное обвинение, чем “тиран”. Вполне возможно, что это может измениться по мере того, как будут проявляться последствия массовой безработицы и банкротств. Но пока что большинство политиков и людей, которые голосуют за них, цепляются за идею, что если федеральное правительство напечатает достаточно денег и поможет предприятиям, то все скоро вернется в нормальное русло.

Для выборных должностных лиц и большинства избирателей не имеет значения тот факт, что карантины и локдауны приносят в жертву владельцев бизнеса и предпринимателей. В конце концов, только 10 процентов американцев фактически работает полный рабочий день на принадлежащих им предприятиях. Лишь небольшое меньшинство населения на собственном опыте знает, как создаются рабочие места и откуда берется заработная плата. Большая часть остального населения думает, что заработная плата и богатство волшебным образом появляются из эфира. Если есть безработица и низкая заработная плата, это потому, что владельцы бизнеса “жадны” или не желают делиться богатством. Таким образом, если предприятия будут временно закрыты “для нашего же блага”, то, несомненно, эти владельцы бизнеса просто используют свое тайное скрытое богатство, чтобы снова запустить эти предприятия, когда паника закончится.

Таким образом, мы не являемся свидетелями того, как узурпаторский режим навязывает непопулярные меры стойкому, но беспомощному населению. Скорее всего, мы являемся свидетелями повсеместного правления толпы, главной особенностью которого является правление большинства без учета прав несогласных меньшинств. Правительство может теперь управлять с помощью приказов, но во многих местах оно делает это при горячем одобрением большинства. Политики прикинули, что они, скорее всего, останутся популярными, если будут развивать имидж «решительного лидера» посредством строгих указов и требований соблюдения карантина во имя безопасности. Как свидетельствует растущая популярность Куомо, это может быть безопасным политическим ходом.

Конечно, есть те, кто сопротивляется. Есть те, для кого действительно важны верховенство права, Билль о правах и основные свободы. Но другие быстро забывают об этих принципах, когда приходят страх и беспокойство. Права меньшинств (таких как владельцы бизнеса или старомодные энтузиасты Билля о правах) означают мало или ничего, когда большинство — наученное годами государственного образования требовать правительственного решения почти для всего — решает, что такие права являются неудобным препятствием для того. чтобы “что-то делать”.

Общественность требует действий. Политики рады стараться.

Оригинал статьи

Перевод: Наталия Афончина

Редактор: Владимир Золоторев