Большинство экономических комментаторов считают снижение экономических показателей, таких как валовой внутренний продукт (ВВП), признаком ухудшения состояния экономики. Согласно общепринятому мнению, такое снижение ВВП — называемое рецессией — обычно возникает из-за общего падения совокупного спроса на товары и услуги. Это состояние понимается, прежде всего, как сокращение покупательной активности со стороны частного сектора.

Обычным рецептом считается вмешательство центрального банка для стимуляции спроса в частном секторе. Считается, что это выведет экономику из спада. Эксперты рекомендуют достигать этого путём снижения процентных ставок и увеличения темпов роста денежной массы.

Ипотечная система США уникальна в мировом масштабе тем, что в ней доминируют два так называемых государственно спонсируемых предприятия (Government-Sponsored Enterprises, GSEs) — Fannie Mae и Freddie Mac. GSE — это крайне неудачная и опасная идея. По определению, она сочетает частную форму собственности на акции с особыми привилегиями, важнейшая из которых — государственная гарантия их обязательств, то есть гарантия за счёт налогоплательщиков. Эта гарантия формально считается лишь «неявной», но как показывает история, на деле она вполне реальна,. Такая конструкция неизбежно ведёт к чрезмерному расширению ипотечного кредитования и росту цен на жильё.

Таргетирование инфляции в 2 процента — священный завет монетарной политики последних трёх десятилетий — стало структурно недостижимым. Не потому, что центральным банкирам не хватает мастерства, а потому что каждая попытка достичь цели разрушает финансовую архитектуру, построенную предыдущими раундами монетарного расширения. Это — финал централизации: система, которая не может соответствовать собственным критериям успеха, не разрушив себя.

Произвольный якорь

Преобразование, произошедшее в колонии Плимут в 1623 году, когда губернатор Уильям Брэдфорд отказался от системы коллективного труда и распределил кукурузные участки по домохозяйствам, долгое время понималось неверно. Популярные версии либо сводят его к простой логистической мере, вызванной голодом, либо раздувают до уровня протокапиталистического прозрения. Обе трактовки упрощают сложность того, что Брэдфорд на самом деле видел и описывал. Если внимательно прочесть его собственный отчёт, становится видна более глубокая истина: коррекция политики, проведенная Брэдфордом, была одновременно и идеологическим разрывом — даже если он сам так это не формулировал.

Мало какие эпизоды в истории денежного обращения так ярко иллюстрируют австрийскую денежную теорию, как опыт конкурирующих валют в позднесредневековой Италии. В эпоху политической раздробленности, когда десятки городов-государств чеканили собственные монеты, торговцы и банкиры постоянно сталкивались с проблемой выбора: каким деньгам можно доверять. Лучшими оказались две валюты: золотой флорин Флоренции, впервые отчеканенный в 1252 году, и венецианский дукат, введённый в 1284 году.

Их успех объясняется не военной мощью и не насильственными законами о принудительном курсе, а честностью. И Флоренция, и Венеция сопротивлялись соблазну обесценить свою монету и потому завоевали репутацию надёжности и стабильности. В результате их монеты стали незаменимыми в международной торговле — от Фландрии до Леванта. Напротив, государства, прибегавшие к агрессивной девальвации — такие как Папская область или Неаполитанское королевство — сталкивались с тем, что их валюту избегали за пределами их юрисдикции.