Liberty Education Project
Knowledge Is Freedom
Джеффри Такер
Почему биткоин имеет ценность?

Несмотря на то, что у нас есть одиннадцать лет опыта и на то, что цене биткоина достигла почти 20 000 долларов, скептики все еще с нами. И я понимаю почему. Биткоин не похож на другие традиционные финансовые активы. Даже описание его как актива вводит в заблуждение. Это не то же самое, что акции, платежная система или деньги. Он имеет все эти особенности, но не идентичен им. Чем именно является биткоин, зависит от его использования в качестве средства хранения и переноса стоимости, которые, в свою очередь, базируются на защищенных правах собственности на редкое благо. Те, у кого нет опыта в этом секторе, испытывают некоторую фрустрацию, потому, что понять, в чем здесь ценность, не так-то просто.

В этой статье я обновляю анализ, который написал шесть лет назад. Он все еще работает. Для тех, кто не хочет читать всю статью: мой тезис заключается в том, что ценность биткоина определяется его базовой технологией, которая представляет собой реестр с открытым исходным кодом, который отслеживает права собственности и разрешает передачу этих прав. Биткоину удалось связать свою учетную единицу с платежной системой, которая “живет” в реестре. В этом его новаторство, и это причина того, почему он приобрел ценность, и эта ценность продолжает расти.

Рассмотрим критику со стороны традиционных защитников золота, которые на протяжении десятилетий продвигали идею о том, что здоровые деньги должны быть подкреплены чем-то реальным, твердым и имеющим независимую ценность. Биткоин не удовлетворяет этим требованиям, верно? Может и так.

Биткоин впервые выступил в качестве возможного конкурента национальным, управляемым государством деньгам в 2009 году. статья Сатоши Накамото была опубликована 31 октября 2008 года. Структура и язык этого документа дают понять: эта валюта предназначена для “компьютерщиков”, а не для экономистов или политиков. Немногие, прочитавшие этот документ, были озадачены.

Но отсутствие интереса не помешало истории двигаться вперед. Два месяца спустя те, кто обратил внимание на проект увидели появление “Genesis Block”, первой группы биткоинов, созданных с помощью концепции Накамото о распределенном реестре, находящемся на компьютерах, которые хотят разместить его.

Теперь один биткоийн торгуется по цене 18 500 долларов. Валюта хранится и принимается многими тысячами учреждений как онлайн, так и офлайн. Его платежная система очень популярна не только в бедных странах в которых нет обширной банковской инфраструктуры, но также и в развитых странах. И основные учреждения, в том числе Федеральная резервная система, ОЭСР, Всемирный банк и крупные инвестиционные компании, уделяют системе достаточно уважительное внимание и внедряют технологию блокчейн в свои операции.

Энтузиасты, которых можно найти в каждой стране, говорят, что меновая стоимость монеты в будущем вырастет еще больше, потому что ее предложение строго ограничено и эта система значительно превосходит государственные деньги. Биткоин передается между людьми без участия третьей стороны. Обмен относительно недорогой. У него предсказуемый запас. Он прочный, взаимозаменяемый и делимый: все ключевые характеристики денег. Он создает денежную систему, которая не зависит от доверия и идентичности, а тем более от центральных банков и правительства. Это новая система для цифровой эпохи.

Тяжелые уроки твердых денег

Для тех, кто получил образование в традициях “твердых денег”, эта идея была серьезным вызовом. Что касается меня, я читал о биткоине два года, прежде чем приблизился к его пониманию. Во всей этой идее было что-то, что не давало мне покоя. Вы не можете сделать деньги из ничего, особенно из компьютерного кода. Почему тогда биткоин имеет ценность? Должно быть здесь что-то не так. Мы не ожидали, что реформирование денег произойдет именно таким образом.

Проблема оказалась в наших ожиданиях. Нам следовало обратить более пристальное внимание на теорию происхождения денег Людвига фон Мизеса — не на то, что, как нам кажется, он написал, а на то, что он действительно написал.

В 1912 году Мизес выпустил “Теорию денег и кредита”. Эта книга, вышедшая на немецком языке и переведенная на английский была большим хитом в Европе. Хотя эта книга охватывает все аспекты денег, основной вклад Мизеса заключается в том, что он проследил возникновение ценности денег и цены на них от товаров, которыми они первоначально были. Позже он назвал этот процесс “теоремой регрессии”, и, как оказалось, биткоин удовлетворяет условиям теоремы.

Учитель Мизеса, Карл Менгер, продемонстрировал, что деньги появляются на рынке “сами собой”, а не волей государства и не в результате общественного договора, Они появляется постепенно, в процессе того, как денежные предприниматели ищут лучшую форму товара для косвенного обмена. Вместо того, чтобы непосредственно обмениваться друг с другом, люди приобретают товар не для потребления, а для торговли. Этот товар становится деньгами, самым ликвидным товаром.

Мизес добавил, что ценность денег прослеживается назад во времени до их ценности в качестве обмениваемого товара. Мизес отметил, что деньги могут получить ценность только таким образом.

Теория ценности денег может проследить объективную меновую стоимость денег только до той точки, когда она перестает быть ценностью денег и становится просто ценностью товара…. Если таким образом мы будем двигаться все дальше и дальше в прошлое, мы должны в конце концов прийти к точке, где мы больше не найдем какой-либо компонент в объективной меновой ценности денег, который возникает из оценок, основанных на функции денег как общего средства обмена; где ценность денег — это не что иное, как ценность объекта, который можно использовать иначе, чем деньги…. Некоторые товары на рынке приобретались не для личного потребления, а просто для того, чтобы затем обменять их на другие товары, которые действительно были нужны, каждый отдельный товар связывался только с той ценностью, которая создавалась субъективной оценкой, основанной на непосредственной оценке его полезности.

Объяснение Мизеса решило главную проблему, которая долгое время вводила в заблуждение экономистов. Объяснение Мизеса — это гипотетическая история и тем не менее в ней есть смысл. Стала бы соль деньгами, если бы она была совершенно бесполезна в другом качестве? Получили бы бобровые шкуры денежную ценность, если бы они не использовались для одежды? Имели бы серебро или золото денежную ценность, если бы они сначала не имели ценности как товар? Во всех случаях история денег дает отрицательный ответ. Первоначальная ценность денег, прежде чем они станут широко обмениваться именно в качестве денег, проистекает из их непосредственной полезности. Это объяснение демонстрируется исторической реконструкцией. Это теорема регрессии Мизеса.

Потребительская ценность биткоинов

На первый взгляд, биткоин может показаться исключением. Вы не можете использовать биткоины иначе, чем деньги. Биткоин нельзя носить как украшение. Его нельзя съесть, из него нельзя сделать машину. Его ценность реализуется только в качестве единицы, облегчающей косвенный обмен. И все же биткоин — это уже деньги. Его используют каждый день. Вы можете видеть эти обмены в режиме реального времени. Это не миф. Это реальная сделка.

Может показаться, что мы должны сделать выбор. Может Мизес ошибается? Может, нам придется отбросить всю его теорию? Или, может быть, его точка зрения была чисто исторической и неприменима к цифровой эпохе? Или, может быть, его теорема регрессии является доказательством того, что биткоин — это просто пустая мания, лишенная устойчивости, потому что ее нельзя свести к ценности доденежного использования товара?

Впрочем, чтобы понять тревогу, которую испытывают люди, сталкивающиеся с биткоином, вам не нужно прибегать к сложной денежной теории. Многие люди испытывают чувство неловкости когда им говорят о деньгах, не основанных ни на чем физическом. Конечно, вы можете распечатать биткоин на листе бумаги, но иметь бумагу с QR-кодом или открытым ключом недостаточно, чтобы облегчить это чувство неловкости.

Как решить эту проблему? Я размышлял над этим вопросом больше года. Мне было интересно, ограничивается ли применение идей Мизеса только доцифровой эпохой. Я следил за спекуляциями в Интернете о том, что ценность биткоина была бы равна нулю, если бы не национальные валюты, в которые он конвертируется. Или о том, что возможно, спрос на биткоины в качестве замены доллара был настолько велик, что из-за острой необходимости чего-то другого, требования сценария Мизеса стали уже не важны.

Шло время — а я читал работы Конрада Графа, Петера Сурда и Даниэля Кравиша — и, наконец пришло решение. Биткоин — это одновременно платежная система и деньги. Платежная система является источником ценности, тогда как учетная единица просто выражает эту ценность в терминах цены. Биткоин — это сочетание платежной системы и денежной единицы. Сочетание денежной единицы и платежной системы — это его самая необычная особенность, и большинство комментаторов не смогли этого понять.

Все мы привыкли рассматривать валюту отдельно от платежных систем. Это мышление является отражением исторических технологических ограничений. Есть доллар и есть кредитные карты. Есть евро и есть PayPal. Есть иена и есть телеграфные услуги. В каждом случае денежный перевод зависит от сторонних поставщиков услуг. Чтобы использовать их, вам необходимо установить с ними так называемые “доверительные отношения”, то есть учреждение, организующее сделку, должно верить в то, что вы собираетесь платить.

Этот клин между деньгами и оплатой всегда был с нами, за исключением случаев непосредственного обмена в пределах географической близости.

Если я дам вам доллар за кусок пиццы, то третьей стороны в этой сделке не будет. Но платежные системы, третьи стороны и доверительные отношения становятся необходимыми, когда вы не находитесь в пределах географической близости. Вот тогда незаменимыми становятся такие компании, как Visa, и такие учреждения, как банки. Это то “приложение”, которое заставляет “денежное программное обеспечение” делать то, что вы хотите.

Загвоздка в том, что существующие сегодня платежные системы доступны не всем. Фактически, подавляющее большинство человечества не имеет доступа к таким инструментам, что является главной причиной бедности в мире. Финансово обездоленные ограничиваются только местной торговлей и не могут расширять свои торговые отношения с миром.

Основной, если не главной, целью разработки биткоина было решение этой проблемы. Протокол направлен на объединение функции валюты с платежной системой. Эти два аспекта взаимосвязаны в структуре самого кода. Именно эта связь отличает биткоин от любой существующей национальной валюты и, по сути, от любой валюты в истории.

Давайте посмотрим, что пишет Накамото в аннотации к своему официальному документу. Обратите внимание, на то, что платежная система занимает центральное место в созданной им денежной системе:

Чисто одноранговая версия электронных денег позволит отправлять онлайн-платежи напрямую от одной стороны к другой, минуя финансовые учреждения. Цифровые подписи являются частью решения, но основные преимущества теряются, если по-прежнему требуется доверенная третья сторона для предотвращения двойных трат. Предлагаем решение проблемы двойных трат с помощью одноранговой сети. Сеть ставит метки времени на транзакции, хешируя их в непрерывную цепочку доказательств работы на основе хешей. Сформированную таким образом запись нельзя изменить не выполняя заново всего объема вычислений. Самая длинная версия цепочки служит не только доказательством последовательности наблюдаемых событий, но и доказательством того, что над ней провел работу самый большой вычислительный сегмент сети. Пока большая часть мощности ЦП контролируется узлами, которые не сотрудничают для атаки на сеть, они будут генерировать самую длинную цепочку и опережать злоумышленников. Сама сеть требует минимальной структуры. Сообщения передаются по принципу “наименьших усилий”, и узлы могут покидать сеть и повторно присоединяться к ней по своему желанию, принимая самую длинную цепочку в качестве доказательства того, что произошло, пока их не было.

Что очень удивительно в этом абзаце, так это то, что в нем нет ни единого упоминания о самой денежной единице. Есть только упоминание о проблеме двойных трат. Новшеством здесь является платежная сеть, а не монета. Монета или цифровая единица только выражают ценность сети. Это учетный инструмент, который поглощает и переносит ценность сети во времени и пространстве.

Эта сеть и есть блокчейн. Это реестр, который находится в распределенной сети, и любой может наблюдать за его работой в любое время. За ним внимательно следят все пользователи. Он позволяет передавать безопасные и неповторимые биты информации от одного человека к любому другому человеку в любой точке мира, и эти информационные биты защищены цифровой формой титула собственности. Это то, что Накамото назвал “цифровыми подписями”. Изобретенный им облачный реестр позволяет проверять права собственности, не полагаясь на какое-либо стороннее доверенное агентство.

Блокчейн решил “проблему византийских генералов”. Это проблема координации действий в большом географическом диапазоне при наличии потенциально злонамеренных субъектов. Поскольку генералы, разделенные пространством, должны полагаться на посланников, а эта уверенность требует времени и доверия, ни один генерал не может быть абсолютно уверен, что другой генерал получил и подтвердил сообщение.

Размещение реестра, доступ к которому есть у всех в Интернете решает эту проблему. В реестре записываются суммы, время и общедоступные адреса каждой транзакции. Информация распространяется по всему миру и постоянно обновляется. Реестр гарантирует целостность системы и позволяет денежной единице стать цифровой формой собственности с титулом.

Как только вы это поймете, вы увидите, что ценностное предложение биткоина связано с подключенной к нему платежной сетью. Здесь вы найдете потребительскую ценность, на которую ссылается Мизес. Она связана не с денежной единицей, а с блестящей инновационной платежной системой, в которой существует биткоин. Если бы блокчейн можно было как-то отделить от биткоина (а на самом деле это невозможно), стоимость этой валюты мгновенно упала бы до нуля.

Доказательство концепции

Теперь, чтобы лучше понять, как теория Мизеса сочетается с биткоином, вы должны понять еще один момент, касающийся истории криптовалюты. В день его выпуска (9 января 2009 г.) ценность биткоина была равна нулю. Так оно и оставалось еще 10 месяцев после выпуска. Все это время проводились транзакции, но за все это время у них не было опубликованной ценности выше нуля.

Первая опубликованная цена биткоина появилась 5 октября 2009 года. В этом обмене 1 доллар равнялся 1309,03 биткоина (что многие считали завышенным в то время). Другими словами, первая оценка биткоина составляла немногим более одной десятой пенни. Да, если бы в те дни вы купили биткоинов на 100 долларов и не продали их в какой-то панике, сегодня вы были бы почти миллиардером.

Итак, вот вопрос: что произошло между 9 января и 5 октября 2009 года, что заставило биткоин обрести рыночную ценность? Ответ в том, что в это время трейдеры, энтузиасты, предприниматели и другие пытались опробовать блокчейн. Они хотели знать, работает ли это. Действительно ли юниты перемещаются без двойной траты? Достаточно ли системы, которая зависит от добровольно выделяемой мощности ЦП для проверки и подтверждения транзакций? Есть ли ошибки в распределении биткоинов как вознаграждения за услуги проверки? Прежде всего, действительно ли эта новая система работает для выполнения, казалось бы, невозможного — то есть для перемещения защищенных фрагментов информации, через географическое пространство не с использованием какой-либо третьей стороны, а одноранговой сети?

На укрепление доверия ушло 10 месяцев. Прошло еще 18 месяцев, прежде чем биткоин достиг паритета с долларом США. Очень важно знать эту историю, особенно если вы полагаетесь на теорию происхождения денег, которая строит предположения о предыстории денег, как это делает теорема регрессии Мизеса. Биткоин не всегда был ценными деньгами. Когда-то это была чистая учетная единица, прикрепленная к реестру. Этот реестр получил то, что Мизес назвал “потребительской ценностью”. Тем самым, выполняются все условия теоремы.

Окончательная бухгалтерия

Вкратце: если кто-то говорит, что биткоин основан только на воздухе, что это не могут быть деньги, потому что у него нет реальной истории как подлинного товара, и независимо от того, говорит ли это новичок или хорошо подготовленный экономист, вам нужно указать на два центральных пункта. Во-первых, биткоин — это не отдельная валюта, а единица учета, прикрепленная к инновационной платежной сети. Во-вторых, эта сеть и, следовательно, биткоин получили свою рыночную ценность только в результате тестирования в реальном времени в рыночной среде.

Другими словами, если учесть поразительные технические особенности, биткоин появился точно так же, как и любая другая валюта, от соли до золота. Люди сочли платежную систему полезной, а прилагаемая учетная единица была портативной, делимой, взаимозаменяемой, надежной и редкой.

Так родилась новая форма денег. Эти деньги обладают всеми лучшими чертами денег из истории, но добавляют невесомую и беспространственную платежную сеть, надежную и проверенную в режиме реального времени, которая позволяет всему миру обмениваться без необходимости полагаться на третьих лиц.

Но обратите внимание на кое-что чрезвычайно важное. Блокчейн — это не только деньги. Речь идет о любой передаче информации, которая требует безопасности, подтверждений и полной гарантии подлинности. Это относится ко всем контрактам и транзакциям, выполняемым в одноранговой сети.

Безусловно, в этом секторе доминируют третьи стороны, которые действуют в основном в качестве хранителей. Решающим моментом здесь является то, что это развитие рынка, движимое желанием потребителей, но оно не является необходимым для функционирования системы. Кроме того, появились тысячи дополнительных токенов, которые работают и конкурируют в криптосекторе, рыночная капитализация которого на момент написания этой статьи составила 560 миллиардов долларов.

Представьте себе мир без важных третьих сторон, включая самые опасные третьи стороны, которые когда-либо придумал человек: государство и центральный банк. Представьте себе это будущее, и вы начнете понимать всю полноту последствий для нашего будущего.

Людвиг фон Мизес был бы поражен и удивлен биткоинами. Он мог бы испытывать чувство гордости потому, что его денежная теория, созданная более века назад была подтверждена и получила новую жизнь в 21 веке.

Оригинал статьи

Перевод: Наталия Афончина

Редактор: Владимир Золоторев