Liberty Education Project
Knowledge Is Freedom
Амелия Янаски
Загадка Тайваня

В 2020 году большинство государств мира заблокировали свои общества с целью борьбы с пандемией Covid-19. Правда, были и некоторые исключения. Швеция, Беларусь, Танзания и некоторые штаты США практически не использовали “нефармацевтических вмешательств”.

Еще одним интересным исключением, часто упоминаемым как случай, когда правительство правильно справилось с пандемией, был Тайвань. На самом деле, Тайвань представляет собой скорее аномалию в политике смягчения последствий пандемии Covid-19 и борьбе с ней в целом.

С точки зрения жесткости Тайвань занимает одно из самых низких мест в мире, с меньшим количеством ограничений, чем в Швеции, и намного меньше, чем в США.

Правительство проводило тестирование на границе и ввело некоторые незначительные меры контроля, но далеко не такие, как в большинстве стран. В целом Тайвань отказался от карантина в пользу сохранения нормального социально-экономического функционирования.

Как обстоят дела на Тайване? На Тайване зарегистрировано 573 случая заболевания, что является чрезвычайно низким показателем для страны с населением около 24 миллионов человек и плотностью населения 1739 человек на квадратную милю.

Что касается смертности, то цифры еще более поразительны. За всю пандемию на Тайване погибло всего 7 человек. Среди погибших были люди в возрасте от 40 до 80 лет, большинство из них имели хронические заболевания.

Для сравнения: население округа Лос-Анжелес составляет 10 миллионов человек, а плотность населения составляет 2500 человек на квадратную милю — что означает немного более плотную, но менее заселенную территорию с аналогичной Тайваню демографией. В этом округе в условиях жесткого террора было 309000 случаев заболевания и 7000 смертей.

Как Тайвань получил такие низкие показатели?

Статья из Lancet пытается ответить на этот вопрос, предлагая несколько объяснений. Авторы приписывают быструю мобилизацию Тайваня медицинским учреждениям, существовавшим до коронавируса, включая Тайваньский CDC, созданный в 1990 году, и Центральный эпидемиологический командный центр (CECC). Кроме того, вспышка атипичной пневмонии на Тайване в 2003 году позволила им разработать планы по борьбе с аналогичной болезнью в дальнейшем.

Например, в исследовании атипичной пневмонии на Тайване в 2005 г. уже обсуждались меры подготовки в случае новой вспышки, в том числе необходимость сосредоточить внимание на пожилых людях и группах населения с ослабленным иммунитетом.

Опираясь на предыдущий опыт, Тайвань создал культуру, в которой широко носят маски, и внедрил передовые технологии отслеживания контактов и ранней проверки иностранных путешественников. Однако маски носят далеко не все граждане и ценятся они в большей степени за защиту от загрязнения воздуха. Авторы Lancet связывают эти стратегии с низким уровнем заболеваемости и смертности на Тайване.

Но вот загадка. Обычно, когда интеллектуалы из общественного здравоохранения говорят о правильных решениях в ситуации пандемии, они всегда говорят о необходимости широкомасштабного тестирования. За этим следует призыв отслеживать и изолировать. Опять же, Тайвань делал кое-что из этого на своей границе. На Тайване, в отличие от США, было много тестов, и у него был открытый подход к тестированию, так что любой мог пройти тестирование, симптоматическое или нет.

Несмотря на это у Тайваня один из самых низких показателей на тысячу тестов среди всех стран мира. Только один человек из 100000 прошел тест на Covid-19.

Правительство поддерживало открытое общение и прозрачность со своими гражданами. Например, Тайваньский CDC ежедневно готовил отчеты о состоянии дел с коронавирусом в стране. Отчеты Тайваня не являются политизированными попытками разжечь истерию (как в таких странах, как США и европейские страны), они прямолинейны и сосредоточены на реальных цифрах.

Та же самая стратегия применялась и в странах, где не вводились строгие ограничения, включая Южную Дакоту и Швецию. Хотя можно утверждать, что нисходящие подходы к информации ошибочны, все-таки можно сказать что-то хорошее о стране, которая ценит прозрачность, потому что она позволяет населению больше доверять предоставляемой информации.

Как заявил бывший вице-президент Тайваня Чен:

“Я хотел бы указать на важнейший элемент Тайваньской модели: прозрачность. С самого начала пандемии тайваньское правительство не щадило усилий для обеспечения открытого доступа широкой общественности к информации о COVID-19”.

Еще одно объяснение проактивного подхода Тайваня заключается в том, что он обладает информацией из первых рук о борьбе с коронавирусом из своего опыта SARS-CoV-1 в 2003 году, который послужил основой для его планов реагирования и смягчения последствий. Тот факт, что Тайвань ранее столкнулся с вспышкой другого коронавируса, позволил ему смягчить разрушительные последствия в последующие годы.

Органы здравоохранения Тайваня поделились информацией с другими странами. Бывший вице-президент Чен объяснил, почему это так важно, учитывая опыт Тайваня в 2003 году:

“Международное сотрудничество — единственный способ бороться с глобальной вспышкой болезни…. Мы более чем счастливы поделиться своими знаниями, опытом и знаниями с международным сообществом. Тайвань может помочь, и Тайвань помогает”.

Тем не менее, другие страны и НПО не признают уникальные знания Тайваня и, таким образом, не рассматривают их на конкурентном рынке информации, которая в конечном итоге может послужить основой для принятия политических решений. Возможно, одна из причин этой проблемы заключается в том, что ВОЗ отказывается признать независимость Тайваня от Китая, что исключает участие страны в обсуждениях, связанных с пандемией. Это упорство препятствует распространению полезной информации, которая могла бы защитить людей от болезней и экономических невзгод, и тем самым только причиняет вред.

Но загадка все еще остается. Тайвань не вводил локдаун. Он не применял массовое тестирование. И все же у него самый низкий уровень смертности на миллион среди всех густонаселенных стран мира. На Тайване 0,3 случая смерти на миллион и он занимает 189-е место в мире.

В чем же тогда объяснение? Несмотря на то, что органы общественного здравоохранения на Западе хотят рассматривать государственную политику как решающий фактор успеха или неудачи мер по борьбе с пандемией, случай Тайваня может вообще не иметь ничего общего с ответными мерами государственной политики.

Настоящее объяснение связано с постоянным иммунитетом, полученным от вакцин и других вирусов. Например, исследование обнаружило реактивные Т-клетки SARS-CoV-1 у пациентов, инфицированных SARS 17 лет назад. Около 680 человек на Тайване были инфицированы атипичной пневмонией в 2003 году, исследование показывает возможность того, что стойкие Т-клетки могут влиять на эффект, который SARS-CoV-2 оказывает на людей с определенным ранее существовавшим иммунитетом. Другое исследование показало, что существуют сильные различия в смертности между странами Азии, Ближнего Востока, Латинской Америки и Запада, предполагая, что генетические факторы также могут играть роль в этих различиях.

Хотя трекинг правительством Тайваня своих граждан можно рассматривать как нарушение прав личности и неприкосновенности частной жизни, его более легкий подход к управлению Covid-19 оказался мудрым. В стране очень низкий уровень заболеваемости и, что более важно, низкий уровень смертности.

По прогнозам, его экономические показатели будут лучше, чем в других странах. Ожидается, что на Тайване в 2020 году темпы роста ВВП будут составлять 0% — ни потери, ни увеличения богатства — в то время как ВВП США сократится на 3,5% в 2020 году.

В статье Lancet делается важный вывод относительно Тайваня: “Хотя некоторые аспекты тайваньского подхода могут быть неприемлемы в других юрисдикциях, потенциальные социальные и экономические выгоды от предотвращения изоляции могут снять некоторые возражения”.

Это заявление лежит в основе стратегии Тайваня: хотя правительство, возможно, кое-где перегнуло палку оно смогло минимизировать потери, не вводя локдауны и не мешая людям вести нормальную жизнь.

Несомненно, есть и другие причины, объясняющие успех Тайваня, например, низкий уровень бедности. Тем не менее, Тайвань представляет собой интересный случай, который требует дальнейшего изучения. В 2003 году Тайвань имел один из самых высоких уровней заражения атипичной пневмонией в мире. Сейчас уровень заражения Covid-19 на Тайване — один из самых низких, несмотря на то, что страна не закрывается.

Случай Тайваня говорит нам важные вещи о реакции на пандемию. Органы общественного здравоохранения воображают, что распространение нового вируса может зависеть от политическими решений и даже управляться ими, но опыт нынешний и прошлой эпидемии коронавируса иллюстрирует другое. Степень воздействия вируса может быть в гораздо большей степени связана с эндогенными факторами в популяции, чем с политической реакцией.

Согласно карантинному нарративу, Тайвань делал почти все “неправильно”, но добился того, что на самом деле может считаться лучшим результатом с точки зрения “общественного здравоохранения” среди всех стран мира.

Оригинал статьи

Перевод: Наталия Афончина

Редактор: Владимир Золоторев