Liberty Education Project
Knowledge Is Freedom
Карл-Фридрих Израиль
Конец марксистской теории эксплуатации

Второй и третий тома Капитала Маркса были опубликованы посмертно под редакцией его близкого соратника Фридриха Энгельса в 1883 и 1894 годах соответственно. Любопытно, что к тому времени основы экономической системы Маркса, представленные в первом томе 1867 года, полностью устарели. В некотором смысле, отправная точка анализа Маркса устарела еще до того, как завершение этого анализа было опубликовано. Это никоим образом не помешало огромному успеху марксизма в политической и культурной сферах. Нарратив эксплуатации наемных рабочих капиталистами жив и популярен даже сегодня, несмотря на растущий материальный уровень жизни и появление инновационных технологий, которые всего несколько лет назад были немыслимы.

Маркс, конечно, признал, что капитализм повышает уровень жизни подавляющего большинства людей, включая рабочих. Признание Маркса является как раз той причиной, по которой идею о том, что работники всегда получают вознаграждение на уровне прожиточного минимума, пришлось спасать, пересматривая концепцию прожиточного минимума. Считается, что теперь он включает не просто выживание и пропитание, а возможность полноценной жизни, в соответствии со стадией экономического развития. Некоторые критики считают эти перемены в идее прожиточного минимума достаточными для того, чтобы отбросить марксистскую теорию эксплуатации, но, строго говоря, сам факт того, что материальный уровень жизни рабочих возрастает при капитализме, вовсе не означает, что рабочие не эксплуатируются. Вполне возможно, что работники до сих пор не получают свою справедливую долю.

Однако степень эксплуатации в обществе не связана с какими-либо неотъемлемыми особенностями отношений между капиталом и трудом на свободном рынке. Этот аргумент был высказан великим австрийским экономистом Ойгеном фон Бем-Баверком в его работе Карл Маркс и конец его системы (1896).

Даже по прошествии более чем 120-ти лет критика Бём-Баверка остается актуальной, и не только потому, что он привел несколько интересных примеров, для которых трудовая теория ценности, похоже, не работает. В конце концов, такими примерами могут быть и исключения, которые оставляют правило без изменений. Бём-Баверка стоит прочитать потому, что он выявил внутреннее противоречие, которое ставит под угрозу всю марксистскую структуру.

К вящему смущению всех современных марксистов, никто еще не представил жизнеспособного опровержения критики Бём-Баверка. В этой статье шаг за шагом будет рассмотрен серьезный промах Маркса, который уничтожает его теорию.

Трудовая теория ценности

В первом томе «Капитала» Маркс представил свой фундаментальный принцип ценности, а именно, идею о том, что ценность любого товара определяется общественно необходимым временем, затрачиваемым на его производство. Это рабочее время является производственным временем, необходимым в социально нормальных условиях в любой момент времени и с необходимой степенью квалификации и интенсивности труда. Таким образом, труд, по Марксу, является единственным определяющим фактором ценности. Более того, тот факт, что определенные количества различных товаров обмениваются на рынке друг на друга, означает, что в этих товарах содержится одинаковое количество социально необходимого рабочего времени.

Эта строгая формулировка трудовой теории ценности, как и любая другая подобная теория ценности, должна, в конечном итоге, служить основой для объяснения обменных отношений различных товаров на рынке. Итак, Маркс объяснил:

то, что определяет величину ценности какого-либо предмета, является социально необходимым количеством труда или социально необходимым рабочим временем для его производства … Следовательно, товары, в которых воплощены равные количества труда или которые могут быть произведены за то же время, имеют одинаковую ценность. Ценность одного товара соотносится с ценностью любого другого, как рабочее время, необходимое для производства одного, соотносится с временем, необходимым для производства другого. ( Капитал, т. I, гл. 1)

Этот тезис подразумевает, что рыночная цена товара в конечном итоге пропорциональна рабочему времени, необходимому для его производства. Кроме того, это правило также справедливо в отношении заработной платы, то есть рыночной цены на услуги труда. Заработная плата пропорциональна рабочему времени, необходимому для производства товаров и услуг, необходимых для поддержания рабочей силы работника.

Прибавочная стоимость и эксплуатация

Таким образом, наемные работники, согласно теории Маркса, получают вознаграждение, эквивалентное стоимости набора товаров и услуг, необходимых для того, чтобы оставаться живыми и здоровыми, и чтобы иметь возможность продолжать расходовать рабочую силу. Теория Маркса напоминает теорию прожиточного минимума, но, как указывалось выше, прожиточный минимум может расти вместе с капиталистическим развитием. Однако остается один факт: общая ценность произведенных товаров превышает сумму заработной платы, выплачиваемой работникам. Это превышение означает, что труд, являясь единственным источником ценности, производит прибавочную стоимость сверх собственного вознаграждения. Эта прибавочная стоимость является источником эксплуатации рабочего класса. Другими словами, работники тратят больше рабочего времени, чем необходимо для производства количества товаров, эквивалентного по стоимости их собственному вознаграждению. Ценность товаров, произведенных в течение дополнительного рабочего времени, извлекается капиталистом-предпринимателем. Эта предполагаемая форма эксплуатации широко распространена при капиталистическом способе производства.

С точки зрения современной теории субъективной ценности, которая появилась в 1870-х годах, то есть, вскоре после выхода первого тома «Капитала», удивительно, как трудовая теория стоимости, на которой основана вся теория эксплуатации, вообще могла когда-либо быть такой влиятельной. Это, конечно, не началось с Маркса. Семена теории эксплуатации можно найти в трудах классических экономистов, таких как Адам Смит и, еще в большей степени, Дэвид Рикардо. Маркс просто довел идею о том, что труд является единственным источником ценности до ее логического конца.

Нюансы у классиков

В работе Адама Смита есть отрывки, которые отсылают нас к теории эксплуатации Маркса. Например, в «Богатстве народов» Смит заявил, что в развитой экономике «весь продукт труда не всегда принадлежит рабочему. В большинстве случаев он должен делиться им с владельцами акций (т. е. капитала), на которых он работает» (Книга 1, гл. 6). В других частях книги, однако, Смит заложил основы для того, что стало называться теориями производительности процента на капитал, указав, что использование капитала делает труд более продуктивным и в этом смысле увеличивает как ценность, так и доход. Этот момент подразумевает, что вознаграждение капиталиста не обязательно выплачивается за счет сокращения заработной платы. Маркс полностью проигнорировал второе замечание Смита, взяв только первое.

Точно так же Маркс признавал только те места в трудах Рикардо, которые поддерживали его собственные предубеждения, в то время как другие места оставались нетронутыми. В частности, в первой главе своих Принципов Рикардо выделил важное исключение из трудовой теории ценности, ссылаясь на элемент времени. Это исключение, как указывал Бем-Баверк в своей истории теорий капитала и процента, было проигнорировано Марксом без явного отрицания. Бем-Баверк остроумно заметил, что есть веская причина для выборочного прочтения классиков Марксом, потому что тот факт, что «столетний дуб имеет большую ценность, чем получасовой труд, необходимый для посадки семян, слишком хорошо известен, чтобы быть успешно оспоренным» (Böhm-Bawerk 1890, p. 387).

В этом ярком примере Бем-Баверк прямо указал на то, что он считал истинным источником дохода от капитала — не эксплуатацию рабочих, а время или, скорее, временные предпочтения. Эта идея была полностью развита в его «Позитивной теории процента» и с тех пор стимулировала работы экономистов австрийской школы следующего поколения, таких как Людвиг фон Мизес и Мюррей Ротбард. Тем не менее, независимо от того, согласны ли вы с какой-либо конкретной теорией Бёма-Баверка, экономическая наука ясно дала понять, что ценность не может быть объяснена одним лишь трудом.

Противоречия Маркса

Последний гвоздь в интеллектуальный гроб марксистской теории эксплуатации был забит только после публикации третьего тома «Капитала». В третьем томе Маркс пытался доказать, что его фундаментальный принцип ценности не противоречит эмпирически наблюдаемому феномену тенденции к выравниванию нормы прибыли в различных секторах экономики. Здесь Маркс потерпел неудачу. Примечательно, что Бем-Баверк предвосхитил этот провал до публикации третьего тома, но только после его публикации он стал неоспоримым.

Маркс разделил капитал на две отдельные части. Первую часть он назвал переменным капиталом. Это та часть, которая «превращается в рабочую силу» или просто та сумма денег в любом конкретном инвестиционном проекте, которая расходуется на трудовые услуги. Другую часть он назвал постоянным капиталом. Он расходуется на капитальные товары, такие как машины, а также сырье. Теперь, согласно фундаментальному закону ценности Маркса, только переменная часть капитала может принести прибавочную стоимость и, следовательно, прибыль для капиталиста.

Пропорция прибавочной стоимости к переменному капиталу называется нормой прибавочной стоимости и является выражением степени эксплуатации. Однако для капиталистического предпринимателя интерес представляет не степень эксплуатации как таковая, а общая норма прибыли, которая определяется отношением прибавочной стоимости к совокупным затратам капитала (постоянного и переменного). Любое производственное начинание характеризуется определенной комбинацией переменного и постоянного капитала, которую Маркс называл органическим составом. Этот органический состав, как он признал, обязательно сильно отличается от одного сектора экономики к другому. Это означает, что при любой данной ставке прибавочной стоимости норма прибыли варьируется от одного сектора к другому в соответствии с органическим составом капитала.

Чем выше доля постоянного капитала в каждом конкретном производственном начинании, тем ниже норма прибыли. Как же тогда может возникнуть тенденция к выравниванию нормы прибыли во всей экономике? Этого не может быть, если только кто-то не хочет отказаться от фундаментальной предпосылки, что товары обмениваются друг на друга в соответствии с их ценностью, измеряемой рабочей силой, необходимой для их производства.

Разгром Маркса

Сам Маркс ясно видел проблему и признал: «поэтому представляется, что здесь теория ценности несовместима с фактическим положением вещей, несовместима с фактическими явлениями производства, и что с этой точки зрения попытка понять последние обречена на провал». Его попытка решить проблему в итоге отвергает идею о том, что ценность и, следовательно, рыночные цены определяются трудом. Просто не может быть так, чтобы прибыль выравнивалась, если цены и меновая стоимость товаров и услуг будут формироваться пропорционально рабочей силе, используемой при их производстве. Как писал сам Маркс:

предположим, что все товары в различных отраслях производства продаются по реальной стоимости. Каков будет тогда результат? Согласно вышесказанному, в разных сферах производства будут очень разные нормы прибыли.

Чтобы норма прибыли выравнивалась, те товары, для которых переменный капитал используется в большей степени, должны систематически продаваться ниже «стоимости», а те товары, для которых переменный капитал используется в меньшей степени, должны будут систематически продаваться выше «стоимости». Но это просто означает, что труд не является единственным определяющим фактором ценности, и, если это так, то вся теория эксплуатации рушится. Последняя опирается на предпосылку о труде, являющимся единственным источником ценности. Следовательно, в третьем томе Маркс в конечном итоге должен отказаться от предпосылки, изложенной в первом. Как резюмировал Бем-Баверк в последнем и еще не переведенном немецком издании своей истории теорий капитала и процента: «Никогда еще окончание теоретической системы не подвергало такому разгрому ее начало”.

Заключение

Несмотря на сокрушительный смертельный удар, который получил тезис Маркса об эксплуатации от Бём-Баверка, тема эксплуатации продолжает жить в сердцах тех, кто действует из зависти или из-за неверно истолкованного чувства справедливости. Эксплуатация имеет неотразимый эмоциональный элемент, который может оживить дух тех, кого возмущает само существование разделения между рабочим и владельцем средств производства.

Но, несмотря на искушение уцепиться за лёгкую сюжетную линию, мы должны признать две вещи: во-первых, эмоциональное восприятие несправедливости отношений между капиталистом и наемным работником само по себе не доказывает существование этих отношений. Экономический анализ, который, особенно в австрийской традиции, фокусируется на элементе причинно-следственной связи в межличностных отношениях, не может признать теорию эксплуатации. Она бросает вызов логическому анализу сначала отрицая субъективную природу ценности, а затем выравнивание нормы прибыли. Следовательно, теория эксплуатации представляет собой неоправданное пренебрежение экономической логикой.

И, во-вторых, важно, чтобы защитник рыночного порядка, напоминал всем, кто согласится его слушать, что именно капитализм обеспечивает процветание для всех членов общества, основанного на разделении труда. То есть в обществе, которое основано на рыночном распределении ресурсов, бенефициаром является не только так называемый класс капиталистов, но и наемные работники.

Поскольку уровень жизни в такой свободной экономике растет на протяжении многих лет, десятилетий и веков, именно эта система стимулирует рост заработной платы; не просто в номинальном смысле, но более фундаментально в «реальном» смысле. Таким образом, наемные работники выигрывают в том, что они могут удовлетворить большее количество потребностей, поскольку товары становятся все более доступными. Чтобы обеспечить процветание наемному работнику, искоренить остатки естественного состояния бедности, капиталисты играют важную и доброжелательную роль. Далекий от эксплуатации рабочих, капитализм улучшает их жизнь по сравнению с тем, что было бы в противном случае.

Оригинал статьи

Перевод: Наталия Афончина

Редактор: Владимир Золоторев