Джеффри Такер

Как поддерживают порядок в приватизированном городе

18.07.2016


Все территории общего пользования в Атлантик Стэйшен, в число которых входят улицы, тротуары, парки и аллеи, являются частной собственностью.

Так гласит строка из «Правил внутреннего распорядка» Атлантик Стэйшен, района, расположенного в Атланте, Джорджия: сказочном городе внутри другого города. Однако, именно эта строка и меняет всё. Благодаря ей одна квадратная миля в сердце этого огромного города сделала для создания красивой, процветающей, разнообразной и счастливой жизни больше, чем 50 лет существования «городского возрождения» и других государственных программ.

Это сообщество возникло на территории, где ранее находился старый сталелитейный завод, открывшийся в 1901 и закрывшийся в 1970-ых, оставив после себя разрастающуюся пустошь. Атлантик Стэйшен открылся 10 лет назад как фантастическое предпринимательское начинание — детище The Jacoby Group, во главе которой стоял Джим Джакоби, которое финансировалось, в основном, из частных источников (помощь города состояла в налоговых послаблениях и небольших вложениях в инфраструктуру).

Это не закрытое общество, отгороженное от широкой публики в интересах элиты. За вход не нужно платить. Всё является общедоступным и попадает под действие законов о коммерческой недвижимости. Тем не менее, разница между частной и коммунальной частью города разительна.

Вы сможете её заметить, едва войдя на территорию Атлантик Стейшн. В то время, как множество районов Атланты находятся в бедствующем положении, эта зона в самом сердце города чиста и красочна, а жизнь в ней бьёт ключом.

Не так давно вечером, перед тем, как посетить великолепный кинотеатр в этом месте, я сидел на улице в патио мексиканского ресторана, наблюдая за тем, как взрослые и дети играли и веселились на озеленённой территории, служившей мини-парком, в центре этого городского капиталистического эксперимента. Там были люди всех рас, классов и возрастов. Они слушали живую музыку и подпевали.

В тот момент меня внезапно переполнило чувство утопичности происходящего. Это выглядело как идеализированная сцена, которую можно встретить в рекламе газировки или короткой весёлой поездки на отдых. Это была одна из самых счастливых сцен, которые мне когда-либо приходилось видеть в городе. Тот вечер был самым обычным, а дело происходило в месте, которое всего лишь 20 лет назад было выжженной зоной бедствия с низкой стоимостью аренды, районом, из которого люди предпочитали бежать. Сейчас же миграционные тенденции изменились. Атлантик Стэйшен стал местом, где вы хотели бы жить и работать.

Пока я гулял, полицейская в униформе пожелала мне хорошего вечера. Я с удовольствием ответил и мы приятно побеседовали. Она поинтересовалась, хорошо ли я провожу вечер, посоветовала несколько баров, мы поболтали о погоде и я продолжил свой путь. Да, она была одета в униформу и, вероятно, вооружена, но не представляла для меня угрозы. Она была сообразительной и услужливой, но, в то же время, вела себя официально.

А затем меня озарило: полицию здесь в частном порядке нанимали основные влиятельные игроки, которыми являются торговцы, владельцы квартир и другие поставщики услуг (улицы также частные, но к ним предоставляется публичный доступ). По этой причине сами полицейские вносят значительный вклад в благоденствие общества и уровень комфорта потребителей, которые делают здесь покупки. Они - наёмные работники свободной корпоративной системы. В частности, владельцы Атлантик Стэйшен заключили контракт с компанией Chesley Brown, чтобы достичь высокого уровня услуг. 

В сегодняшнем чрезмерно милитаризированном окружении просто забыть: поддержание общественного порядка - это законная, полезная и важная профессия. Её представители находятся среди нас, чтобы следить за соблюдением правил и задерживать вандалов и преступников, которые эти правила нарушают. Их даже можно назвать тонкой голубой линией. (прим. переводчика - термин, использующийся в полицейских кругах. Преобразован из фразы «The Thin Red Line” и означает, что полиция является тонкой и единственной гранью, останавливающей цивилизованное общество перед полным хаосом).

Разницу здесь создаёт только частная природа контракта, по которому они наняты. Как и любой другой наёмный работник в этом сообществе, они вносят свой вклад в ценность этой территории. Как и любой торговец в этом сообществе, они здесь для того, чтобы услужить клиентам.

Чем большую ценность имеет сообщество, тем больше стоит их работа. У них есть побудительный мотив хорошо исполнять вверенную работу, что означает стимулировать тех, кто соблюдает правила и изгонять тех, кто эти правила нарушает.

А правила в Атлантик Стэйшен более строги, чем я мог подумать. Существует комендантский час для подростков. Нельзя носить непристойную одежду или одежду с символикой банд. Запрещено ношение оружия. Не разрешается использовать нецензурную брань. Исключено курение. Не следует шумно себя вести, кричать или быть грубым. Разрешается бег трусцой, но нельзя сорваться и начать бегать по улицам, как животное.

Если бы подобные правила внедрил городской совет, люди обосновано пожаловались бы на нарушение собственных прав. Так почему же в этом случае права не нарушены? Потому что это частная собственность и именно собственники определяют правила.

Что более важно, целью внедрения этих правил не является контроль над людьми или управление их жизнями; это делается, чтобы в глазах каждого повысить ценность данного сообщества.

В зависимости от обстоятельств, правила можно изменить. Они могут применяться со всей строгостью или без. Всё зависит от интересов Атлантик Стэйшен и да, того, что лучше для бизнеса.

Но знаете, что интересно в этих правилах? Они не расклеены по всей территории. На самом деле, особо ты их не ощущаешь. Ты просто чувствуешь, что они есть и ощущаешь желание хорошо себя вести. Везде ощущается культура взаимопомощи и хорошего поведения. Эффект от правил состоит в том, что они освобождают тебя от надоедливых вещей, а не ограничивают твоё поведение. Правила ощущаются не как навязывание, а, скорее, как нужное положение вещей. За их соблюдением следят, но с нежностью и заботой.

Впервые я наведался в Атлантик Стэйшен 18 месяцев назад. Мне показалось, что в этом месте что-то не так, но тогда я не знал, что оно полностью приватизировано. Я прогуливался по тротуару и зажёг сигарету. Один из этих приятных полицейских подошёл, поздоровался и вежливо попросил её потушить, мотивируя это тем, что данное действие противоречит правилам этого частного сообщества. Я поинтересовался, имеет ли он в виду этот конкретный дом. Он ответил мне отрицательно, указав, что правила установлены для всей коммуны.

Подобное меня не возмутило. Напротив, я с удовольствием подчинился. Я даже поблагодарил его за доброту. Не было ни штрафов, ни криков, ни возмущения. Никто не забирает твои вещи, не угрожает арестом или штрафами. У тебя есть право уйти. Правила становятся частью рынка правил.

Другой интересной особенностью является то, как Атлантик Стэйшен себя подает. Район не рекламируется как капиталистический эксперимент. Все рекламные слоганы используют стандартные левые дежурные словечки об энергоэффективности, незыблемости, разнообразии, возобновляемости того или другого, сертификатах от множества зелёных групп и т.п. Ни одно из них не имеет ни малейшего значения. Всё упирается в частную собственность. Точка. Именно владение ею позволяет реализовать идеалы, какими бы они ни были.

Урок, который я вынес из всего этого состоит в том, что институты имеют значение. В двух местах могут существовать одинаковые принципы, которые в одном случае обеспечиваются государством, а в другом - частными институциями. Правила поведения могут быть идентичными, однако, результат будет в корне различаться.

Там, где монопольный, оплачиваемый налогоплательщиками энфорсмент может быть жестоким, негибким и насильственным, тот же энфорсмент в рамках рыночной экономики дает прекрасные человечные результаты. Право развернуться и уйти полностью меняет ситуацию.

В контексте дискуссии о полицейском насилии, наиболее интересны выводы для устройства охраны порядка. Когда охрана порядка существует как составляющая рыночной экономики, фраза «служить и защищать» приобретает реальное значение. Это все тот же вопрос сравнения частной и государственной собственности.

По всей стране должно появляться множество подобных сообществ.

Правительства всех уровней испытывают недостаток идей и денежных средств. Когда вы в последний раз слышали о действительно дорогой программе обновления города или о масштабном строительстве муниципального жилья в большом населённом пункте?

К счастью, подобные вещи занимают всё меньшую и меньшую часть нашего настоящего и будущего. Пока государство отдаляется от вопросов планирования, частные компании всё больше перенимают инициативу, прикладывая реальные усилия для восстановления сообщества.

Частные корпорации шаг за шагом претворяют в жизнь невыполненные обещания правительства, и происходит это без особой огласки. Я не видел ни единой истории об этом сообществе на первых полосах, хотя тысячи статей должны гласить что-то вроде «Частная коммерция спасает Атланту!».

Частное имущество и свободная коммерция - это два секретных ингредиента, которые делают жизнь прекрасной! Приезжайте с Атлантик Стэйшен и убедитесь сами.