Патрик Баррон

К чему нас приведут отрицательные процентные ставки

29.03.2016


Несмотря на политику нулевых процентных ставок (ПНПС) и многочисленные программы количественного смягчения, – при которых центральный банк покупает огромное количество активов, оставляя процентные ставки практически на нулевом уровне, – мировые экономики увязли в депрессиях. Похоже, что единственным достижением центральных банков стало увеличение частных и государственных долгов. Так, следующим шагом экономистов-кейнсианцев, которые повсеместно управляют центральными банками, будет введение отрицательных процентных ставок (то есть нацеленность на политику отрицательных процентных ставок, или ПОПС). Пока центральные банки могут штрафовать банки-члены своей системы за избыточные резервы, достичь этой цели довольно просто, хотя то же самое можно было бы сделать, последовав окольным путем, например, совершая манипуляции на рынке РЕПО.

Интересно, что именно центральные банки создают эти избыточные резервы, когда скупают активы с помощью денег, взявшихся из воздуха. Резервы оседают на резервных счетах банков в центральном банке, когда получатели активов центрального банка размещают свои чеки у себя в местных банках. Теперь у банков есть обязательства, подкрепленные обесценивающимися активами (то есть банки по-прежнему должны своим клиентам полную сумму с их банковских счетов), но центральный банк штрафует банки за резервы, поддерживающие депозиты. Таким образом, центральные банки ставят банки перед вынужденным выбором — увеличивать кредитование или нести убытки. У банков нет выбора. Если у них не получается найти достойных заемщиков, они должны взимать со своих клиентов плату за возможность держать деньги на их счетах. Или, как это происходит в некоторых европейских банках, банки пытаются повысить кредитные ставки для существующих заемщиков, чтобы покрыть дополнительные расходы.

В европейских странах, где правит ПОПС, банки пока взимают плату только с владельцев крупных депозитов. Поэтому эти люди спешат забрать свои деньги из банков и вложить их в активы, которые не обесцениваются. Это приводит к тому, например, что некоторые ценные бумаги продаются по стоимости выше номинала (то есть клиенты получают назад больше, чем они инвестировали).

Как это возможно? Дело в том, что стоимость выше номинала все равно меньше, чем плата, которую хотят банки за депозит, поэтому владелец крупного счета теряет чуть меньше денег. Но это не решает проблемы, это просто означает, что избыточные резервы переходят куда-то еще, создавая ту же проблему для новых банков, которая устранится тогда, когда первая группа инвесторов отдаст свою наличку за ценные бумаги.

Но это не то, чего хотят центральные банки. Центральные банки хотят вынудить коммерческие банки выдавать больше кредитов под угрозой штрафа за избыточные резервы. Похоже, что они готовы повысить пока еще номинальную цену (cost) на полпроцента или менее. Если центральные банки могут требовать полпроцента, значит они могут требовать что угодно и, учитывая мировоззрение кейнсианцев, которое привело к сумасшествию, выражающемуся в первую очередь в отрицательных ставках, скорее всего, так и сделают.

Для чего нужны процентные ставки

Отрицательные ставки нарушают многочисленные принципы здравой экономической теории. Например, основой для процентных ставок является временное предпочтение потребителей, описанное почти три года назад Дэвидом Хоуденом в его статье об убытках канадского производства.

Время – это фактор, необходимый для производства и уникальный в том смысле, что мы не можем экономически разместить его так же, как и другие вложения. Выбор времени всегда выражается в формулировке «рано или поздно» и никогда не звучит как «больше или меньше» (как в случае с другими факторами, используемыми в производстве). Процентные ставки помогают нам определить, насколько скоро мы употребим благо или сколько времени займет процесс производства. Низкие процентные ставки подразумевают, что будущее не особо учитывается. При низкой ставке вы можете подождать дольше, чтобы насладиться потреблением или получить доход от инвестиций. Высокие процентные ставки имеют вот какие последствия: вы захотите потреблять раньше или пользоваться производственными процессами, которые будут окупаться в течение настолько короткого промежутка времени, насколько это возможно.

Целью процентных ставок в свободной экономике является создание равновесия между заемщиками с одной стороны и инвесторами и сберегателями с другой. Доктор Хоуден показал, как создание центральным банком денег из воздуха с целью снижения процентных ставок приводит к дисбалансу между этими группами.

Дисбаланс во временной структуре производства (речь идет в основном о чрезмерном капиталовложении в долгосрочные проекты) и неизбежный бизнес-цикл подъема-спада, который за этим следует, являются результатом того, что реальные сбережения не увеличились, не обеспечив при этом реальные блага, необходимые для увеличения инвестиций. Сначала банкротом становится бизнес, затем банки, а потом и все население в целом.

Неизбежный спад

Но разве не может центральный банк напечатать еще больше «вертолетных денег», чтобы всех спасти? К сожалению, нет. Больше денег не спасут то, что уже разрушило слишком большое количество денег.

В экономике, разбалансированной введением отрицательных процентных ставок, может появляться множество странных аномалий еще до того, как ей придется по словам Людвига фон Мизеса, «разбиться вдребезги».

Одним из ранних показателей утраты доверия к деньгам является бум на ценные металлы. Цены растут быстрее и быстрее, а производство идет на спад. Общество понимает, что государственные финансовые органы не намереваются отказываться от политики отрицательных процентных ставок и возвращать устойчивую валюту и банковскую систему. Пытаясь спасти свое благосостояние от полного уничтожения, люди начнут покупать то, что они считают активами, которые не обесценятся в будущем. Это положит начало значительному подъему относительно некоторых типов активов; в сценарии «разрушительного бума» Мизеса это будет период «бума». Но разрушение неизбежно последует за пиком бума.

Печально здесь то, что спадов и крахов можно было бы избежать, если бы представители центральных банков осознали, что снижение цен создает условия для нормального восстановления экономики. Дефляция – это не спираль смерти, как думают кейнсианцы. На функционирующем рынке потребность людей хранить деньги будет удовлетворена, когда их резервы наличных денег будут достаточными по отношению к уровню цен, когда они снова будут уверены в будущем и когда они захотят инвестировать на перспективу.

Таким образом, понижение процентных ставок не было необходимым, а даже пагубным. Тем не менее, ожидается, что еще большее количество центральных банков последуют за первопроходцами – Швейцарией, Швецией, Данией и даже Европейским центральным банком – по пути отрицательных процентных ставок. Вопиющее безобразие состоит в том, что это не сработает, а только причинит огромный вред сотням миллионов людей.