Мюррей Ротбард

Налог на добавленную стоимость — это не решение

02.03.2017


“В те дни вышло от кесаря Августа повеление сделать перепись по всей земле.”

– От Луки святое благовествование, 2:1

 

[Human Events, 11-ое марта, 1972 г.]

В последние месяцы рост сопротивления введению новых налогов со стороны кроткого населения Америки стал приятным и удивительным фактом. В США каждый человек, предприятие или организация получают прибыль благодаря свободной и мирной продаже клиенту продуктов и услуг или путём добровольных пожертвований со стороны людей, желающих поддержать деятельность группы или организации. И только правительство получает прибыль, насильственно облагая население налогами. Долгожданный новый элемент — это сопротивление американского народа росту налогообложения.

В ходе нескончаемых поисков добычи побольше и получше, государство обложило налогами всё, что сподобилось найти, да ещё и по нескольку раз. Его девиз - «Если двинется, облагай!».

Любая прибыль, каждое действие, малейший предмет, которым вы владеете, каждый человек на этой земле облагаются грабительскими налогами, прямыми и непрямыми, очевидными и нет. Естественно, в этом нет ничего нового; новизна заключается в том, что растущий напор государства в вопросах обложения налогами встретил сопротивление со стороны американских граждан.

Не секрет, что подоходный налог, любимый государством за возможность контроля и прямого изъятия части дохода каждого гражданина, в этой стране достиг своего политического лимита. Бедняки и средний класс сейчас облагаются такими высокими налогами, что федеральное правительство не осмеливается вымогать новые поборы.

В конце концов, разгневанный налогоплательщик может превратиться в разгневанного избирателя. Минувший ноябрь показал политикам, каким яростным он может стать, когда по всей стране один район за другим восстал, чтобы в ходе голосования отменить предложенный выпуск облигаций даже ради такой «священной» цели, как создание новых общественных школ.

Поражение в Нью-Йорке

Наиболее воодушевляющий пример, из тех, что дают нам надежды на счастливое будущее свободной Америки, имел место в Нью-Йорке, когда ведущие политики обеих партий, при помощи и содействии финансирующих их групп и демагогичной телевизионной кампании, пытались вынудить избирателей поддержать транспортный облигационный займ. Тем не менее, затея потерпела масштабный крах, что стало полезным и болезненным уроком для политиков.

И, в довершение всему, для всех уже не секрет, что налог на недвижимость, главная опора муниципальных властей, (на федеральном уровне эту роль играет подоходный налог), имеет разрушительное влияние на жилищное строительство по всей стране. Он препятствует положительным изменениям и инвестициям в сфере недвижимости, заставляет бесчисленное множество американцев, к примеру, в Нью-Йорке, покинуть свои жилища из-за невозможности уплаты налогов и переселиться в трущобы.

Словом, государство достигло предела роста налогов; люди наконец начали говорить резкое «Нет!» на любые дальнейшие попытки увеличить налоговое бремя. Что же оставалось делать государству, постоянно покушающемуся на всё больше и больше чужих прав? Экономисты, большинство из которых всегда готовы послужить на благо расширения государственных полномочий, уже ожидали с ответом, новым кроликом из шляпы, чтобы помочь вездесущему правительству.

Они указали, что подоходный и имущественный налоги были слишком очевидными, кидающимися в глаза, как и всем ненавистные торговые и акцизные сборы на отдельные виды товаров. Но как насчёт налога, который останется абсолютно незаметным, а потому потребитель или среднестатистический американец не сможет определить его как объект своей ненависти? Ох, эти сладкие слова, привлекшие к себе восторженное внимание администрации Никсона: «Налог на добавленную стоимость» (НДС).

Великий индивидуалист Френк Чодоров, в прошлом редактор Human Events, ясно объяснил любовь государства к скрытому налогообложению:

«Здесь дело не в размере отнятого и даже не в той уверенности добычи, которую дает непрямое налогообложение (читай: НДС). Наиболее удивительным его свойством является способность быть незаметным. Скажем так, это кража, пока жертва не смотрит. Те, кто пытается придать налогообложению моральный характер, обязаны объяснять, почему государство прячет налоги в цене товаров.» (Френк Чодоров, Автобиография индивидуалиста, Devin-Adair, 1962, стр. 220)

По сути, НДС - это государственный налог с продажи, которым облагают товары и услуги пропорционально их производству и реализации. Однако, весь фокус в том, что НДС облагается каждый шаг в производственном процессе: фермер, производитель, посредники, оптовики и лишь в малой части - розничные торговцы.

Разница между налогом с продаж и НДС в том, что когда потребитель платит 7% налогов с каждой покупки, его возмущение растёт и он изливает его на политиков у руля государства; однако, если 7% налогов скрыты и уплачиваются каждой фирмой, а не только при розничной продаже, более высокие цены будут взыматься неизбежно, однако не государством, которому будет переведена разница в цене, а жадными бизнесменами и корыстолюбивыми торговыми союзами.

Пока потребители, бизнесмены и союзы дерутся друг с другом, как килкенийские коты (прим. переводчика - которые «дрались до тех пор, пока от них оставались только хвосты»), заботливое государство может сохранять свою высокопарную моральную чистоту и присоединиться к обвинениям в «создании инфляции» в адрес этих групп.

Поэтому легко понять энтузиазм федерального правительства и его экономических советников, когда речь заходит об НДС. Этот налог позволяет государству присваивать намного больше средств населения — становясь причиной повышения цен, снижения производства и доходов — и полностью избегать обвинений, которые с лёгкостью можно возложить на бизнес, союзы или потребителя, в зависимости от того, как будет угодно текущему правительству.

Словом, НДС — это гигантское надувательство американской публики и жизненно важно, чтобы он не прошел. Если этого не сделать, появится серьезная почва для роста Большого государства.

Одним из рекламных аргументов в пользу НДС является то, что он должен взять на себя роль, которую сейчас играет налог на недвижимость в обеспечении местных общественных школ. Любое послабление обременительного налога на недвижимость кажется привлекательным множеству американцев.

Однако, любой, кто знаком с историей государства или налогообложения должен заметить подвох в обещаниях подобного рода. Все мы должны знать, что налоги никогда не понижаются. Государство, в своей неуёмной погоне за новыми средствами никогда не ослабляет хватку в отношении любого источника дохода. Нам с вами известно, что налог на недвижимость, даже если его роль в обеспечении школ будет возложена на НДС, никогда на самом деле не понизится; эти деньги потратят на другую дорогую бессмыслицу, придуманную муниципальными властями. Также мы прекрасно знаем, что НДС недолго будет ограничиваться финансированием школ; его огромный потенциал (10%-ный НДС принёс бы $60 миллиардов выгоды в год) — это слишком большой соблазн для государства, чтобы не использовать его по полной программе, и, цитируя известные слова создателя «Нового курса» Гарри Хопкинса «облагать и облагать, тратить и тратить, избирать и избирать.”

А сейчас давайте копнём поглубже в специфическую природу НДС. Указанный процент (администрация Никсона предлагала 3%) взымается не при розничной продаже, а с продаж на каждом шаге производства за вычетом для предприятий суммы налога, уплаченного на предыдущих этапах. Поэтому это налог на продажу, скрытый на каждом этапе производства, начиная с фермера или шахтёра и заканчивая розничным продавцом.

«Регрессивный» налог

Наиболее часто НДС критикуют за то, что это, как и налог на продажу, регрессивный налог, который, в основном ложится на плечи людей со средним и низким достатком, которые отдают бОльшую часть дохода, чем богатые люди. Это справедливое и важное замечание, в особенности когда средний класс и так страдает от неподъёмного налогового бремени.

Администрация Никсона предлагала понизить налоговое бремя для бедных слоёв населения, уменьшив для них подоходный налог. Однако, средний класс, который в любом случае платит бОльшую часть наших налогов, вряд ли останется доволен.

«Более того, в этом плане есть и более зловещий элемент: некоторым бедным полагаются наличные выплаты от Государственной налоговой службы, пронося в нашу жизнь катастрофический принцип гарантированного годового дохода через заднюю дверь.”

Однако, во многих смыслах НДС намного хуже, чем налог на продажу, даже без учёта его скрытной подпольной природы. В первую очередь, защитники НДС утверждают, что, каждая фирма и этап производства будут платить пропорционально «добавочной стоимости», а потому не будет эффекта нерационального использования средств на всех этапах.

Тем не менее, эти люди игнорируют тот факт, что каждое предприятие будет отягощено стоимостью бесчисленого делопроизводства и отчетности для государства. Результатом этого будет неотвратимое подталкивание бизнес-системы к «вертикальной интеграции» и снижению конкуренции.

Предположим, к примеру, что нефтедобытчик

добавляет $1,000, нефтепереработчик ещё $1,000, и, для простоты вычислений, предположим, что НДС составляет 10%. В теории, не должно быть разницы между раздельными и интегрированными фирмами; в предыдущем примере каждой фирме приходилось бы платить государству $100; в этом интегрированная фирма заплатила бы $200. Но, так как утешительная теория игнорирует существенные административные издержки, на практике, если нефтедобытчик и нефтепереработчик интегрируются в одну фирму и будут делать только один платёж, для них это сэкономит средства.

Вертикальная интеграция

В результате вышесказанного, НДС приведёт к вертикальной интеграции, а после этого Антимонопольный комитет Министерства Юстиции начнёт шумиху относительно того, что на свободном рынке появилась «монополия», а объединившаяся фирма должна быть разбита по приказу правительства.

Стоимость делопроизводства и сами платежи создают другую огромную проблему для рыночной экономики. Очевидно, что маленькие фирмы менее способны нести такие затраты, чем большие, а потому НДС будет серьёзной преградой для мелкого бизнеса и отберёт у него все шансы в конкурентной борьбе. Не удивительно, что некоторые большие фирмы рады такому повороту!

У НДС есть и другой важный недостаток, от которой страдают страны Западной Европы, которые уже ввели этот налог.

При НДС каждая фирма посылает инвойсы федеральному правительству и получала кредит в инвойсах за товары, купленные у других фирм. В результате, они получили лазейку в законодательстве, которой сложно не воспользоваться, и в Западной Европе начали открываться специальные фирмы, чей бизнес заключается в выписывании ложных инвойсов, которые помогают их клиентам понижать налоговые отчисления. Таким образом, предприятия, руководители которых более расположены к жульничеству, получат преимущество в конкурентной борьбе на рынке.

Ещё один чрезвычайно важный недостаток НДС таит в себе угрозу для нашей экономической системы. Большинство считает, что подобный налог будет выражаться в повышении цен для потребителя. Однако, процесс не так прост. Хотя, без сомнений, в долгосрочной перспективе цены для потребителя возрастут, есть и два других значимых эффекта: значительное и скорое сокращение прибыли предпринимателей и сокращение заработной платы, в более длительной перспективе.

Критический удар по прибыли в результате введения НДС, хотя, вероятно, и будет краткосрочным, произойдёт во время спада деловой активности (речь идет о 1972 годе), когда множество предприятий страдает от низких доходов и даже убытков. Предприятия с низким доходом серьёзным образом пострадают от введения НДС, а результатом будет полное уничтожение любых шансов на восстановление, что ещё глубже втопчет нас в рецессию. Более того, новые креативные фирмы, обыкновенно начинающие как маленькие предприятия с низкой прибылью, будут обречены, едва ли успев начать.

Введение НДС также будет иметь серьёзные, хотя пока и не понятно насколько, последствия в повышении безработицы, ситуация с которой и сейчас оставляет желать лучшего. В этом вопросе влияние будет двухсторонним.

В первую очередь, любая фирма, покупающая, скажем, машинное оборудование, может вычесть встроенный НДС из своих налоговых обязательств, но, если она нанимает работников, она не может сделать таких вычетов. В результате это стимулирует предпринимателей удариться в чрезмерную механизацию и увольнение работников.

Во-вторых, частью долгосрочного влияния НДС будет понижение заработной платы и спроса на труд; однако, так как профсозы и законы о минимальной зарплате способны удержать оплату труда на одном уровне, результатом будет повышение безработицы. Таким образом, в результате влияния на двух взаимодополняющих, но раздельных уровнях, НДС ухудшит и без того серьёзную проблему безработицы.

Следовательно, американскому народу скрытая природа НДС обойдётся действительно дорого. В скрытной, но от этого не менее обременительной манере нас лишат большой и постоянно растущей суммы денег, и произойдёт это как раз тогда, когда государство, казалось бы, уже достигло всех допустимых для населения пределов обложения налогами. Это бремя ухудшит и без того тяжёлое положение многострадального среднего класса. И, в довершение всего, НДС урежет доходы; снизит конкурентоспособность вновь создающегося и мелкого бизнеса; приведёт к повышению цен; увеличит безработицу. Он настроит потребителей против предпринимателей, углубит конфликты между социальными группами.

Один из справедливо популярных “законов” Паркинсона гласит, что для государства «расходы растут пропорционально доходам». Если мы позволим государству найти новые источники для налогообложения, оно попросту использует эти деньги на всё большие и большие траты и увеличит и так устрашающее бремя, возложенное Старшим Братом на американскую экономику и простого гражданина.

Единственный способ избежать этого — это урезать его доход от налогов, и заставить придерживаться более ограниченного бюджета. Мы должны следить за тем, чтобы государство получало меньше денег граждан на свои игры, а не больше. Первый шаг на пути к жизни с большими свободами и меньшим присутствием государства — это знать истинную мошенническую природу НДС и победить её.

Впервые опубликовано в Human Events от 11 марта 1972 г., стр. 197, эта статья появлялась в Congressional Record от 14 марта 1972 г. и переиздавалась в The Stanford Daily, будучи разбитой на две части, под названием “VAT: Dangerous Swindle” от 4 и 9 мая, 1972 г.

Перевод: Анастасия Шабанова.

Редактор: Владимир Золотарев.

Оригинал статьи