Джонатан Ньюман

Джордан Питерсон и человеческая деятельность

08.11.2018


Когда профессор психологии из Университета Торонто публично отказался подчиниться принуждению в использовании некоторых местоимений, это сделало его героем новостных лент, а его поступок стал темой для разговоров миллионов людей. Однако, Джордан Питерсон интересен не только этим, а прежде всего тем, что он говорит о важнейших вопросах нашего бытия.

Его лекции на YouTube охватывают широкий диапазон тем, от архетипического толкования Библии и смысла жизни до пятичасового рассуждения о диснеевском Пиноккио. Многие его лекции имеют сотни тысяч просмотров, невзирая на то, что они занимают два с половиной часа и охватывают огромное количество материала.

В курсе «Карты смысла», созданном на основе его одноименной книге, он описывает рамки человеческой деятельности, которые имеют много общего с описаниями Мизеса и Ротбарда. Однако Питерсон не экономист, и поэтому его рамки включают в себя некоторые особенности деятельности, которые выходят за рамки чистой праксиологии.

Фрейморк Петерсона для человеческой деятельности

Фреймворк Питерсона применяется к незначительным сиюминутным действиям, таким как проверка наличия ключа от автомобиля при выходе из дома, но он масштабируется и на действия гораздо большей важности, такие как жизненно важный выбор или путешествие архетипического героя. Независимо от масштаба, то, как мы действуем и влияем на окружающий мир, можно описать как карту или историю: «Я был в каком-то нежелательном состоянии или месте, а затем я перешел в желаемое состояние, используя определенные инструменты и преодолевая определенные препятствия на пути».

То, что мотивирует нашу деятельность, – это «хроническая неудовлетворенность тем, что происходит». Это не обязательно плохо, потому что, если бы у нас этого не было, мы перестали бы действовать. Неудовлетворенность нынешним положением вещей – единственное, что мотивирует нас продвигаться к более желательному положению дел.

Это желаемое положение вещей полностью формирует то, как мы воспринимаем мир на неврологическом уровне. Мы учимся обращать внимание на то в нашем окружении, что может помочь или помешать нам на пути к достижению какой-то цели. То, что помогает, – это инструменты, а то, что мешает – это препятствия. Все остальное не имеет значения, и мы не будем уделять этому внимание, пока не решим, что это имеет значение.

Нежелательные результаты и эмоции, которые они вызывают

Питерсон подчеркивает, что наиболее важным аспектом принятия решений является отделение подходящего от неподходящего. Мы начинаем действовать неэффективно и разочаровываемся, когда ошибаемся в том, что является инструментом, что является препятствием, а что нет. Когда мы получаем непредсказуемый и нежелательный результат, это означает, что то, что мы классифицировали как неподходящее оказалось подходящим, а неважное оказалось важным. Питерсон говорит, что мы испытываем тревогу, злость, подавленность и разочарование, когда происходят эти события.

Иногда появление непредвиденного препятствия заставляет нас подвергать сомнению всю нашу перцептивную и планировочную структуру («карту» или «историю»). Питерсон приводит два примера:

(1) Вы используете свой автомобиль (инструмент), чтобы добраться из A в B, но по дороге кто-то врезается в вашу машину. Это приводит к тому, что вы больше не действуете по своему плану. Ваш план из-A-в-B теперь превратился в проблему, решение которой включает множество этапов, с которыми вы, возможно, даже не сможете справиться самостоятельно.

(2) Вы студент университета, который получает более низкую, чем ожидал, оценку на экзамене. В результате вы можете начать сомневаться, нужно ли вообще продолжать обучение.

Что касается второго сценария, Питерсон рекомендует понизить уровень применяемых «карт» до наименьшего, чтобы избежать скатывания в депрессию после каждого отрицательного результата.

Вложенные цели

Питерсон говорит, что наши системы ценностей являются вложенными, что означает, что мы в своей деятельности преследуем несколько целей одновременно. И это частично связано с тем, что мы действуем в окружении, которое тоже имеет несколько уровней (действуем во вложенных средах). У меня есть свои собственные мысли и ценности, но я живу в семье, я участвую в сети друзей, и все это происходит в еще более широкой среде.

Питерсон использует пример сервировки стола к ужину. Цель на микроуровне состоит в физическом размещении вилки на столе в правильном месте. Уровень выше создает приятную атмосферу для обеда. Возможно, я захочу сделать это, потому что хочу быть полезным членом семьи, или потому что это нормально для любого хорошего человека. Таким образом, размещение вилки на столе одновременно удовлетворяет нескольким иерархически вложенным целям.

Вот краткий обзор фреймворка Питерсона: мы все находимся в рамке / карте / истории. У нее есть цель и текущая позиция. Наше восприятие руководствуется нашей целью, которая предполагает, что мы классифицируем предметы в мире как инструменты, препятствия или не относящееся к нашей цели. Эмоции проистекают из этих предметов или событий, которые либо продвигают нас по пути к нашей цели, либо не позволяют нам прогрессировать. Некоторые нежелательные результаты могут быть быстро исправлены, но другие могут быть катастрофическими.

Сравнение с праксиологическим фреймворком

Есть много общего между фреймворком деятельности, предложенными Питерсоном, и взглядами Мизеса и Ротбарда. Правда, у Мизеса не фигурируют такие вещи, как эмоции, поскольку они не имеют отношения к построению экономической теории, которая должна основываться на прочных, универсальных причинно-следственных связях. В этом состоит основное различие между ними, которое, как и сходства, будет рассмотрено ниже.

Мизес устанавливает границы между праксиологией и психологией в начале своего трактата «Человеческая деятельность» :

Область психологии – это внутренние события, которые приводят или могут привести к определенному действию. Область праксиологии – это действие как таковое.1

Питерсон, поклонник великих мыслителей-психоаналитиков Фрейда и Юнга, наверняка заинтересовался бы последующим обсуждением психоанализа и связи между ним и праксиологией у Мизеса.

Отличие №1. Понимание. Для Мизеса и Ротбарда действие является целенаправленным поведением. Люди используют ограниченные средства для достижения своих конкретных целей. Поэтому одним из побуждений к действию является то, что мы воспринимаем причинную связь между использованием средств и достижением цели, но как именно происходит понимание, находится за рамками экономики.

Сходство # 1. Неудовлетворенность мотивирует действие. Мизес и Питерсон согласились бы в том, что является фундаментальным мотиватором человека к действию, а именно, неудовлетворенность нынешним положением дел. По словам Мизеса,

стимулом, побуждающим человека действовать, всегда является какая-либо неудовлетворенность. Человек, совершенно согласный с состоянием своих дел … не будет действовать2

Это абсолютно согласуется с утверждением Питерсона о том, что действие мотивировано «хронической неудовлетворенностью тем, что происходит».

Отличие № 2. «Инструменты» и «препятствия» vs «средства» и «среда». В праксиологических рамках не существует принципиального различия между инструментами и препятствиями. Оба эти понятия включены в более широкие категории доступных средств актора и условия его окружения. Как говорит Ротбард:

В отношении любого действия, окружающая индивидуума среда может быть разделена на две части: те элементы, которые, по его мнению, он не может контролировать и должен оставить без изменений, и те, которые он может изменить (или, вернее, думает, что может изменить), чтобы достичь своих целей. Первые можно назвать общими условиями действия; последние – используемые средствами. Таким образом, отдельный актор имеет дело со средой, которую он хотел бы изменить, чтобы достичь своих целей.3

Таким образом, если какой-либо аспект окружающей среды может быть использован или изменен для достижения цели, он будет находиться в категории средств. Инструменты Питерсона и преодолеваемые препятствия будут включены в категорию средств. Препятствия, которые, по мнению актора, не могут быть преодолены, попадут в категорию «общие условия» окружающей среды.

Сходство № 2. Неопределенность будущего. Оба фреймворка подчеркивают неопределенность будущего. Питерсон сказал бы, что герой идет и сражается с неопределенностью и хаосом будущего, чтобы привести его в порядок. Мизес сказал бы, что героем Питерсона является предприниматель, и что каждый является предпринимателем в той мере, в какой он преодолевает неопределенность будущего. Согласно Мизесу:

Все используют понимание когда имеют дело с неопределенностью будущих событий, к которым они должны приспосабливать свои собственные действия,

а

действие обязательно всегда направлено на будущие и, следовательно, неопределенные условия.4

Отличие № 3. Природа целей. По словам Мизеса,

Праксиология безразлична к конечным целям действий. Ее выводы действительны для всех видов действий, независимо от целей.5

Питерсон, однако, подчеркивает вложенный характер целей, как в приведенном выше примере сервировки обеденного стола.

Поскольку природа целей не является предметом исследований экономистов, мы видим множество способов, которыми Мизес и Ротбард формулируют цели. Рассмотрим пример из Ротбарда:

Когда мы должны использовать средства так, что некоторые цели остаются неудовлетворенными, возникает необходимость выбора между целями. Например, Джонс смотрит бейсбол по телевизору. Он сталкивается с выбором как использовать следующий час своего времени: (а) продолжать смотреть бейсбол, (б) играть в бридж или (в) покататься на машине. 6

Эти цели довольно специфичны. Понятно, что Ротбард ссылается на удовлетворение, которое Джонс будет иметь в результате каждого из этих действий. Мизес и Ротбард также часто используют термины «определенная цель» и «данная цель».

Но как насчет случаев, когда следование одному образу действий сопряжено со множеством желательных и нежелательных последствий, а непросто с каким-то простым, легко достижимым и мимолетным чувством счастья? Что, если, продолжая наблюдать за игрой в бейсбол, Джонс пытается договориться со своими коллегами относительно следующего дня, но его жена хочет, чтобы он закончил домашнюю работу, а иначе она рассердится?

Здесь мы должны понимать, что то, что Мизес и Ротбард действительно имеют в виду под «целью», – это положение дел, выбранное актором. Действие включает в себя обмен менее предпочтительных обстоятельств на более предпочтительное.

Итак, все действия связаны с обменом – обменом одного положения вещей, X, на Y, который, по мнению актора, будет более удовлетворительным (и, следовательно, выше на его шкале приоритетов).7

 

Действующий человек стремится заменить менее удовлетворительное положение дел на более удовлетворительное.8

Сходство №3. Демонстрируемое предпочтение. Возможно, самое интересное сходство между подходами Питерсона и Ротбарда – идея о том, что ценности актора проявляются в действии. Ротбард назвал это демонстрируемым предпочтением:

Концепция демонстрируемого предпочтения заключается в следующем: фактический выбор показывает или демонстрирует предпочтения человека; то есть, его предпочтения следуют из того, что он выбрал в действии. Таким образом, если человек предпочитает провести время на концерте, а не в кино, мы делаем вывод, что первое было предпочтительным или занимало более высокое значение на его шкале предпочтений. … Эта концепция предпочтения, основанная на реальном выборе, является краеугольным камнем логической структуры экономического анализа.9

Сравните объяснение Ротбардом демонстрируемого предпочтения с дискуссией Питерсона о взаимосвязи между действием и ценностью:

Действие предполагает оценку или ее неявный, «неосознанный» эквивалент. Действовать буквально означает отдавать предпочтение одному набору возможностей из бесконечного набора альтернатив. Если мы хотим жить, мы должны действовать. Действуя, мы оцениваем.10

 

Оценки «лучше» или «хуже» не являются иллюзорными или ненужными. Если бы вы не решили, что то, что вы делаете сейчас, является лучшим, чем альтернативы, вы бы этого не сделали. Идея бесценного выбора является противоречием в терминах. Оценочные суждения являются предпосылкой для действий.11

Заключение

Джордан Питерсон известен не благодаря своим «картам деятельности», но они занимают центральное место в его книге «Карты смысла» и университетском курсе, который он читает. Он использует их для демонстрации основ системы убеждений и превосходства морали, основанной на неотъемлемой ценности личности.

Различия между его концепцией действий и теорией Мизеса и Ротбарда могут быть связаны с отличиями между психологией и экономикой. Но сходство поразительно, хотя, насколько мне известно, Питерсон не читал ни Мизеса, ни Ротбарда.

Возможно, это сходство на таком фундаментальном уровне, как человеческая деятельность, показывает, почему Питерсон, Мизес и Ротбард попадают в классически-либеральную категорию. Понимание того, что люди (и только отдельные люди) способны действовать, чтобы изменить мир в свою пользу и на взаимовыгодных условиях, приведет к совершенно другому мировоззрению, нежели убеждение в том, что люди в первую очередь являются сборищем групповых идентичностей, погрязших в классовой борьбе, и являющихся жертвами обстоятельств.

Оригинал статьи

Перевод: Наталия Афончина

Редактор: Владимир Золоторев


  1. Людвиг фон Мизес, Human Action (Оберн: Институт Мизеса, 1998), с.12. [return]
  2. Там же, с.13. [return]
  3. Мюррей Н. Ротбард,человек, экономика и государство(Оберн.: Институт Мизеса, 2004), с.4. [return]
  4. Мизес, Human Action, с.58. [return]
  5. Там же, с.15. [return]
  6. Ротбард,Человек, экономика и государство, стр.5. [return]
  7. Там же, стр.20. [return]
  8. Мизес, Human Action, p.13. [return]
  9. Мюррей Н. Ротбард, «К реконструкции полезхности и экономики благосостояния». [return]
  10. Джордан Петерсон, «Карты смысла: архитектура веры» (Нью-Йорк: Рутледж, 1999), с.21. [return]
  11. Джордан Петерсон,12 правил жизни: противоядие от хаоса (Торонто: Random House Canada, 2018), с.87. [return]